Книги в моем переводе

Колобок. Юнгианская интерпретация

 

История жизни Теневой Самости.  

 

История начинается с того, что Колобок уходит от своих «родителей»: дедушки с бабушкой. [1]

Как известно, колобок - это круглая пресная лепешка.  Коло (круглый) - бок (край). То есть, эта лепешка имеет форму диска. С другой стороны, на всех сказочных иллюстрациях Колобка рисуют круглым. Оказывается, такая расшифровка этого слова имени не то, чтобы неправильна, это всего лишь одна коннотоация из нескольких. Вторая коннотация следующая:

 

Клубок, тоже от слова коло, сокращенное из колоб или колуб в клуб и означающее круглость, шар. Мы стеснили его значение, говоря только клуб дыма или клубок ниток, клубень да клубника; но иностранцы под тем же словом globe, globus разумеют шар вообще, а особливо земной. Мы взяли их глобус, а свое клуб бросили, относя только к ниткам. [2]

 

Поэтому в сказке Колобок - шар, хотя вместе с тем он - диск (круглая лепешка). На этом дуализме диска и шара строится не только эта (индивидуальная) интерпретация, которая ограничивается рамками комплексов, но и другая, более масштабная, архетипическая интерпретация. Так какое же символическое значение имеет Колобок, если расшифровывать эту сказку на символическом языке комплексов?

Первое, что приходит в голову: Колобок является символом Самости. Обратимся к М.-Л. фон Франц:

 

...клубок (или шар) - символ Самости. Но здесь есть одно обстоятельство, которое мне хотелось бы отметить. Спрятанное сокровище является символом Самости. Потому это сокровище остается недостижимым. Многие волшебные средства, с помощью которых можно заколдовывать и расколдовывать людей (волшебная палочка и т.п.) также являются символами Самости. Разные структуры мандалы, как, например, замки, дворцы или города (если они имеют форму мандалы) тоже являются символами Самости... Меня очень раздражает, если студенты, интерпретирующие сказку, остаются удовлетворенными, называя все эти объекты символами Самости. Это слишком скучно! Невозможно ограничиваться словами: «С помощью символа Самости; он нашел символ Самости». Следует говорить так: «Да, хорошо, действительно так, но какой именно аспект здесь находит свое выражение?» [3]

 

Не похож Колобок на Самость. Если же вспомнить о технологии приготовления теста, то картина существенно проясняется. Чтобы испечь лепешку, нужно чтобы сначала на дрожжах «подошло» тесто - немного известных нам процессов могут послужить столь прекрасным аналогом процесса психологической инфляции.

Итак, Колобок не символизирует Самость. Он символизирует ложную, Теневую Самость, подверженную инфляции. Эта инфляция проявляется, например, в его известной хвастливой песенке:

 

  

« ......................

   Я у дедушки ушел,
   Я у бабушки ушел,
   Я у зайца ушел,
   Я у волка ушел,
   У медведя ушел,
   У тебя, лиса, и подавно уйду!» [1]

 

Следует обратить внимание еще на один важный факт: что на символическом языке значит желание бабушки, дедушки, зайца, волка, медведя лисы съесть Колобка. - Оно означает ассимиляцию Тени, каждым из этих комплексов, два из которых, несомненно, являются родительскими, а остальные воплощают очень хорошо известные всем характерные общечеловеческие черты, которые в первую очередь являются инстинктивными (так как их символизируют животные).

Если говорить о зайце, то он «олицетворяет возрождение, возвращение юности, а также интуицию и свет во тьме. Очень часто заяц ассоциируется с жертвенным огнем и жизнью, прошедшей через смерть. Повсеместно заяц является символом плодовитости и олицетворяет женские менструальные циклы; это залог любви, робость, житейская мудрость, быстрота, проворство». [4] Таким образом, практически весь символический ряд с учетом его фемининной составляющей говорит о том, что в фигуре зайца воплощается инстинкт самосохранения и соответствующие ему комплексы.

Колобок уходит от зайца, и потому в данном случае не происходит ассимиляции Теневой Самости. Следующим животным, оказавшимся на пути Колобка, является волк. Снова обратимся к словарю символов: «Волк означает землю, зло, пожирающую страсть и ярость. Волки и вороны часто оказываются близкими друзья примитивных богов мертвых В греко-римской традиции волк посвящен Марсу (Аресу) как олицетворение ярости, а также Аполлону и Сильвану. Волчица, согласно легенде, вскормившая Ромула и Рема, часто изображается в римском искусстве. Волк символизирует также доблесть. У евреев волк олицетворяет кровожадность, жестокость, преследующий дух (Бытие, 49:17). У индийцев ашвины спасают перепела дня от волка ночи. У скандинавов и тевтонов волк символизирует принесшего победу...» [4]. То есть, основной инстинкт, который символизирует волк, - это свободная агрессия и конкуренция с явно выраженной маскулинностью. Очевидно, что такой ассимиляции тоже не происходит.

Теперь очередь медведя. «Животное это, известное своею любовью к меду... Любовь к меду составляет такой существенный, характеристический признак этого зверя, что самое имя, данное ему славяно-литовским племенем, означает животное, поедающее мед...» [5]. И еще: «символизирует воскресение (появление весной из своей зимней берлоги с медвежонком), новую жизнь, а значит, инициацию и ритуалы, связанные с переходом. В героических мифах медведь - солярный символ». [4]. То есть, в данном контексте медведь воплощает принцип удовольствия и новой жизни, а значит, и сексуальности. Как мы знаем, интеграции этой важной компоненты тоже не происходит вследствие подверженного инфляции Колобка.

И, наконец, лиса. «В христианстве лисица - дьявол, соблазнитель, хитрость, вероломство и обман. Прикинуться мертвым, чтобы схватить свою жертву - любимая тактика Сатаны» [4]. И еще: «В мифах индейцев Северной Америки особенно част мотив похищения: оно приписывается... лисице... (животным, обычно выступающим в роли культурных героев). Сама техника похищения включает в себя во многих мифах характерную деталь: похититель отвлекает внимание владельца огня. при помощи пляски и пения» [6]. В последней ссылке нам дается подсказка, какой комплекс символизирует льстивая лиса. Конечно, речь идет об Аниме, причем Аниме совершенно недифференцированной, находящейся в Тени в пропорциях, аналогичных подводной и надводной частям айсберга (отсюда хитрость и лесть - основные признаки Теневой компоненты. Поэтому ассимиляция такой Теневой компоненты происходит без особых усилий, и в результате соединения инфляционной лже-Самости и Теневой Анимы возникает хорошо известный феномен «одержимости Анимой».

На этом юнгианскую интерпретацию Колобка практически можно завершить. Осталось отметить лишь один чрезвычайно важный момент. Для этого снова обратимся к фон Франц [3]:

 

...Шар, который очаровывает детей и даже детенышей животных в силу особенности своей формы касается земли лишь незначительной частью своей поверхности; поэтому он может преодолеть силы трения и притяжения к земле. Можно придать шару небольшой толчок, и если у него гладкая поверхность, он покатится Бог знает куда!... Поэтому в рамках представления о том, что шар является символом Самости, следует отметить возможность автономного, то есть самостоятельного движения шара. Он может двигаться сам по себе гораздо дальше любого другого объекта. Это придает ему духовные или волшебные качества.

Шар... катится туда, куда хочет. Очевидно, что в сказке он имеет направляющую функцию: он катится прямо в тот город, где герой сталкивается с трудной задачей, которую ему нужно решить. Однако здесь есть один тонкий момент, с которым я раньше никогда не сталкивалась. Катящийся клубок - это очень распространенный сказочный мотив, но обычно главный герой или героиня встречают в лесной чаще мудрого старца или старушку, как и в данной сказке, который дает ему круглый моток шерсти....

 

Действительно, в многочисленных сказках встречается мотив катящегося колобка (клубка), который указывает сказочному герою или героине правильный путь. В нашем случае нет такого героя или героини, стоящих за спиной Колобка. То есть Колобок полностью автономен. В таком случае происходит процесс псевдо-индивидуации, и в результате соединения двух Теневых компонент возникает одержимость Анимой. Иногда мы называем такую одержимость влюбленностью, иногда воодушевлением или вдохновением. И тогда она какое-то время ведет нас по пути индивидуации, как клубок-колобок ведет сказочного героя. Но рано или поздно эта Теневая одержимость подходит к концу, и тогда выходит на поверхность Теневая депрессивная составляющая этой одержимости. Лиса проглотила энергичного Колобка, и психическая энергия истощилась. И это обстоятельство позволяет нам завершить юнгианскую интерпретацию этой сказки.

И совсем краткое замечание. Как справедливо замечает фон Франц, иногда этот клубок (колобок) герой получает из рук доброй архетипической старушки (Анимы), а иногда - из рук доброго старца - сенекса. Возникает вполне резонный вопрос: как трактовать второй случай? - На это я могу ответить только так: во-первых, в отличие от пуэра-пуэллы, у сенекса нет противоположной компонеты, только Великая Мать. Во-вторых, если не быть формалистами, а больше вчитываться в текст сказки, можно увидеть, что Колобка испекла именно старуха, иначе и быть не может: рождение и смерть Колобка (как, впрочем, и всех нас, - это дело рук Великой Природы-Матери, и в это время, на протяжении жизненного пути Колобка (и нашего тоже) посредники могут играть только вторые роли.

 

 

[1]  А. Н. Афанасьев, «Народные русские сказки» в 3-х томах, т. 1.

[2] А. С. Шишков «Славянорусский корнеслов», Фонд славянской письменности и культуры, СПб, 2002.

[3] М.-Л. фон Франц, «Архетипические паттерны в волшебных сказках», М., «Класс», 2007.

[4] Словарь символов.

[5] А. Н. Афанасьев, «Поэтические воззрения славян на природу» в 3-х томах, т. 1.

[6] Токарев С. А., К вопросу о значении женских изображений эпохи палеолита, «Советская археология», 1961, № 2.