Мертвая душа: песня о «Соколе», о товарище «Болото» и «союзе Рыжих»

(фрагмент ненаучного исследования "закатного" романа М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита»)

В. Мершавка и В. Орлов

Введение

Начнем с того, что мы обещали в прошлой главе: раскроем иносказательный смысл слова «кошениль», ибо, во-первых, свои обещания следует выполнять, а во-вторых, зная его смысл, будет намного легче понять квинтэссенцию «кошенили ХХ века» – жизнь коммунистической и «сочувствующей ей» интеллигенции в Советской России, прежде всего в 20-30 годы ХХ века – то есть в период, который описал в своем романе «Мастер и Маргарита» Михаил Афанасьевич Булгаков.

Итак, игра слов заключается том, что вместо истинного значения слова «кошениль» – на французском языке «cochenille» используется сочетание «coche-nille», где среди прочих значений «coche» (фр.) означает «свинья (самка)», а «nille» (швейц.) – «сочленение» (а на арго – «соитие»). Таким образом, подтекстом и иносказанием хорошо известного слова «кошениль» оказывается «свинское соитие». Но кроме слова «coche» во французском языке есть и другие созвучные слова, которые использовались или могут использоваться в качестве подтекста и для формирования иносказательных смыслов:

cocher (фр.) 1) кучер, возничий; 2) делать зарубки, отмечать (птичкой)

côcher (фр.) покрывать самку (о птицах)

porte cochère (фр.) ворота, подворотня

cochet (фр.) петушок, кочет. Интересно отметить, что на блатном жаргоне «петушок» – это рука, а вот «кочет» – это гомосексуалист. Что же касается слова «петух», то у него, как минимум, пять разных значений, поэтому не будем отклоняться от темы.

cochon (cochonne) (фр.) 1) свинья; 2) пошлый, сальный; похабный

На всякий случай, напишем сходные по звучанию значения слов на других языках:

сosher (англ.) 1) баловать, холить, лелеять; 2) пировать; жить на чужой счёт; 3) болтать, разговаривать;

cosh (англ.) тяжёлая дубинка, налитая свинцом

cochin(-china) (исп.) кохинхинка (порода кур)

kosher = kasher (англ.) 1) а) кошерный, разрешённый законами иудаизма, приготовленный с соблюдением правил (о питании, пище)

В русском языке прилагательное «коше?рный» образовано от «ко?шер» – ашкеназского варианта произношения ивр. ???????‎; антоним – «трефно?й», от идиш ????‎ трейф – букв. некошерный, в свою очередь восходит к ивр. ???????‎, трефа? – букв. «растерзанное» (Быт.17:15-16).[1]

На этом можно остановиться. И прочитать снова новеллу Гофмана и, при желании, нашу предыдущую статью. Исследуя сказку «Крошка Цахес по прозванию Циннобер», мы будем часто обращаться к этим иносказательным смыслам. Однако в данном случае, несмотря на то, что, казалось бы,  влияние Гофмана на творчество Булгакова менее заметно по сравнению с его влиянием на творчество Гоголя, там не менее, не вызывает сомнений один факт: абсолютное единство цвета: красного цвета большивизма и коммунизма и красно-карминного цвета изготовленного из кошенили красителя. И уже одно это однозначное соответствие позволяет нам строить иносказательные смыслы романа «Мастер и Маргарита», в котором «сатирически» изображена Советская Россия 30-х годов прошлого века, на основе этой изумительной натурпсихологической и натурфилософской метафоры, которую создал Гофман.

И второе. Есть одно немаловажное обстоятельство, о котором стоит знать читателю. Читая разные книги, посвященные анализу романа «Мастер и Маргарита», видно, как очень грамотные и вдумчивые люди пытаются выстроить свою структуру исследования. И как в конце концов у них ничего не получается, и они переходят к энциклопедической, то есть отрывочной и фрагментарной форме изложения. Их «научная», каузальная парадигма работает только на этих «островках их понимания». Каким-то образом они пытаются сшивать все это воедино, но по большому счету у них ничего не выходит. (Я сейчас говорю не только о содержании, но и о форме их исследований.) На самом деле такие исследования изначально обречены, ибо эта советская парадигма гуманитарного каузального «научного» подхода совершенно не применима ни к этому роману, ни к многим другим. Но к «Мастеру и Маргарите» – в особенности. Физики уже давно открыли принцип неопределенности (Гейзенберг), означающий предел каузального подхода. Дальше работает только теория вероятностей. Поэтому мы ощущаем на себе всю мощь технического прогресса, вплоть до клонирования и нанотехнологий. Но в гуманитарном исследовании остается все та же каузальная косность. Если сопоставить с физикой, то гуманитарный подход к исследованиям до сих пор остается на уровне мышления Ньютона, не поднимаясь до уровня Эйнштейна, Паули и Гейзенберга, а потому остается абсолютно бесперспективным.

По этой причине мы подошли к анализу романа совершенно иначе: так как психоаналитики подходят к анализу длинного сновидения (или даже серии связанных сновидений). Конечно, видимость сюжета у романа есть, но анализ в соответствии с этой сюжетной линией заводит в тупик. Думается, это успели ощутить на себе те, кто пробовал проводить такие исследования. А чтобы грамотно анализировать сновидения, нужно иметь аналитическую практику и психологическое мышление. К сожалению, у большинства литераторов такой практики нет и такое мышление совершенно не развито. Поэтому и получаются некие «островки квази-понимания», между которыми либо проводятся надуманные связи, либо такие связи вообще отсутствуют. Второе даже лучше, ибо не приходится опровергать наукообразные вымыслы. Вместе с тем на таких островках понимания существуют блестящие прозрения или хотя бы намеки на направление мысли. Мы вовсе не считаем себя истиной в последней инстанции, но мы открыты для обдуманной критики мыслящего читателя, которому даем возможность убедиться в степени обоснованности наших гипотез и их подтверждений. В этой статье мы не замахивались на весь роман (нам не хватило места даже для полного исследования одного ее образа); мы попробовали взять один образ (получилось несколько – так всегда бывает) и его исследовать, применяя самые разные ассоциации и амплификации. Таким образом, мы получили огромное количество связующих нитей с другими персонажами и фрагментами романа, а также с другими исследованиями (прежде всего Альфреда Баркова[2]) и историческими лицами. Однако чаще всего мы обрывали эти нити и завязывали на них узелки, чтобы потом (когда придет время) вновь к ним вернуться. При этом глубинное содержание романа, например, судьба исторического прототипа может протекать совершенно в ином временном измерении по отношению к сюжетной линии повествования. Например, сначала может быть фрагмент текста, в котором говорится о том, что было потом, а впоследствии – о том, что происходило раньше в его жизни. Иногда это как-то угадывается в репликах и поступках других персонажей. Мы допускаем, что, как и при анализе сновидений, добрая половина таких ассоциаций окажется ложными (так всегда бывает), а еще какая-то их часть бессознательными, то есть автор этого не подразумевал, но так оно получилось. Это гораздо лучше, ибо именно идентификацию таких связей можно назвать психоанализом творчества. И, наконец, выявление иносказательных метафор и коннотаций, входящих в замысел автора. Наверное, это можно было бы назвать литературно-психологическим исследованием, но в таком случае – исследованием совершенно иного типа, не имеющим ничего общего с советским и постсоветским подходом к гуманитарной науке (которые ничем не отличаются по своей сути).

После этого пространного, но очень важного вступления, объясняющего суть нашего психологического подхода к исследованию одного из величайших произведений русской литературы, мы перейдем к самому исследованию, а точнее, к анализу одного из фрагментов этого очень интересного по своему замыслу и своей глубине сновидения, на которой до сих пор еще не побывал ни один из исследователей: кто-то просто из страха, а большинство – в силу нашего общего совкового невежества, трусости и лени.

И последнее. Мы приносим свою искреннюю благодарность всем исследователям Булгакова, и в первую очередь – Мариэтте Омаровне Чудаковой – за возможность прочитать не только их исследования, но и разные редакции романа «Мастер и Маргарита». Мы благодарим Альфреда Баркова за его смелое «альтернативное прочтение» романа, хотя и не во всем с ним согласны. Огромная благодарность профессору Юрию Фельштинскому за то, что поделился с нами бесценным историческим материалом, а также Елене Арсеневой, которая в своих небольших по объему книгах прекрасно обработала такой материал и сделала его чрезвычайно интересным для чтения. Мы также приносим свою благодарность людям, создавшим и продолжающим создавать энциклопедии интернета – и прежде всего ее русскоязычного варианта Википедии. Мы благодарим библиотеку Максима Мошкова за подавляющее большинство текстов, которыми мы воспользовались и, надеемся, будем продолжать пользоваться во время своего исследования. На этом мы, пожалуй, закончим введение и перейдем к тому, что нам удалось узнать, проанализировать и написать.

 

1. Психологическая эксгумация «покойного ювелира»

Очень часто роман «Мастер и Маргарита», как и поэму Гоголя «Мертвые души» называют сатирическим. Несомненно, желая такого «просвещенного» взгляда на роман и даже провоцируя его, Булгаков помещает Воланда с его свитой в «нехорошую квартирку» N 50, принадлежащую Анне Францевне де Фужере.

Надо сказать, что  квартира эта – N 50 – давно уже пользовалась если не  плохой, то, во всяком случае, странной репутацией. Еще два года  тому назад владелицей ее была вдова ювелира де Фужере. Анна Францевна де Фужере, пятидесятилетняя почтенная и очень деловая дама, три комнаты из пяти сдавала жильцам: одному, фамилия которого была,  кажется, Беломут, и другому  – с утраченной фамилией.

И вот два года тому назад начались в квартире  необъяснимые происшествия: из этой квартиры люди начали бесследно исчезать.[3]

Начнем с, казалось бы, второстепенных персонажей, точнее – с упоминаний о таких, казалось бы, второстепенных персонажах, которые, как мы вскоре увидим, Булгаков намеренно вводит в свой роман. Не вызывает сомнений, что ювелиры во времена НЭПа были людьми обеспеченными, и потому квартира была большая. Вроде бы пока все ясно, но на всякий случай узнаем, что это значит на латыни слово «ювелир»:

inclusor (лат.) [includo 4.] оправляющий драгоценные камни, ювелир

Заодно посмотрим и происхождение этого слова:

includo in-cl?do, [claudo] 1) заключать, запирать 2) окружать, стеснить 3) прививать 4) включать, вставлять, помещать, 5) преграждать, загораживать подавлять, сдерживать, удерживать, 6) закрывать 7) сжимать, стискивать 8) заканчивать, завершать 9) ограничивать, замыкать

Появляются какие-то глаголы, означающие «заключение», «удерживание»; есть даже значение «заканчивать». Если Анна Францевна была вдовой, значит ювелир был покойным, так что и здесь нет ничего удивительного. Но в связи с «удержанием и замыканием» возникают какие-то подозрения относительно его смерти. Эти подозрения подталкивают нас к тому, чтобы найти исторический прототип покойного ювелира, а это значит, что нам не обойтись без политических аллюзий. Поэтому нам придется сделать этот шаг в область догадок, гипотез, их доказательств и опровержений. И этот первый шаг будет очень важным и весомым.

Согласно нашему предположению, таким единственным прототипом покойного ювелира является советский государственный деятель, уроженец нынешней Украины, Григо?рий Я?ковлевич (Гирш Янкелевич) Соко?льников (1888 –1939). И для того, чтобы считать этого крупного советского государственного деятеля покойным персонажем романа, есть существенные основания. Начнем с того, что фамилия Сокольников была его псевдонимом, который он, скорее всего, получил, потому что после революционных событий 1905-1907 гг. он входил в состав Сокольнического райкома РСДРП. Настоящей фамилией Гирша Янкелевича была чрезвычайно «ювелирная» фамилия Бриллиант[4]

Во-вторых, мать Григория, красавица Фаня Розенталь, дочь купца первой гильдии, долго не могла простить сыну историю с семейными бриллиантами. В дни революции Сокольников честно выдал чекистам расположение семейных тайников и даже сам участвовал в экспроприации.[5]

В-третьих, во время его пребывания на посту наркома в СССР была введена в обращение твёрдая валюта — «червонец», приравненная к 10-ти рублёвой золотой монете царской чеканки и обеспеченная на 25 % своей стоимости золотом, другими драгоценными металлами и иностранной валютой и на 75 % – легко реализуемыми товарами и краткосрочными обязательствами. Весной 1924 в обращение поступили казначейские билеты. Началась чеканка серебряной разменной и медной монеты. В 1925 советский червонец официально котировался на биржах ряда стран (в том числе Австрии, Турции, Италии, Китая, Эстонии, Латвии, Литвы), а операции с ним проводились в Великобритании, Германии, Голландии, Польше, США и многих других странах.[6]

Советские червонцы, являясь в достаточной степени твёрдой и устойчивой валютой, обладали в стране высокой покупательной способностью. Червонцы подделывали, причем чаще всего объектами подделки становились купюры номиналом в 1 червонец, так как они имели рисунок только с одной стороны. Наиболее крупная партия фальшивых червонцев была арестована в Мурманске в 1928 году – почтовый служащий Сепалов раскрыл подпольную сеть по распространению фальшивых банкнот, печатавшихся в Германии. В ней были замешаны бывшие белогвардейцы, в том числе Карумидзе и Садатьерашвили. Все они были осуждены в Германии и Швейцарии, где получили минимальные сроки.[7]

Однако об этой интересной истории с червонцами, наверное, говорить еще слишком рано; впоследствии мы постараемся остановиться на ней более подробно, а пока приведем оставшиеся аргументы в пользу того, что прототипом покойного ювелира является именно Гирш Яковлевич Бриллиант.

В-четвертых, женщины и дети Сокольникова. Точнее его дети и женщины:

В жизни Григория Сокольникова было три женщины. Три ребенка и одна, но пламенная страсть. Первая его гражданская жена, Фаня Зархи, носила кожаный пиджак и револьвер. Служила в аппарате Ягоды. Впоследствии родила Сокольникову сына Женю, была репрессирована.

Следующую подругу Сокольникова звали Марьей Васильевной Шекотихиной. У Марьи Васильевны была одна замечательная особенность – глаза фиалкового цвета.

Материнские глаза унаследовал второй сын наркома, Михаил. Михаил родился в самый разгар реформы, и ему была присвоена фамилия Червонный – в честь отцовской денежки.

[О Фане Матвеевне Зархи известно следующее: Первая (гражданская жена Фаина Матвеевна Зархи (1889-?). Сын Евгений Зархи (1914 1985). Еще известно, что она работала в ИНО ОПТУ (иностранном отделе пропаганды теоретической учебы). У них родился сын в 1914 году, когда Сокольников еще заканчивал Сорбонну. О каком аппарате Ягоды могла идти речь, непонятно, т.к. Ягода начал работать в (Петроградском) ЧК только с 1918 г. А самое главное, неизвестна даже дата смерти Зархи. Если даже она пропала без вести или вообще никуда не пропадала - все это до сих пор покрыто мраком. Известно только, что в 1923 г. у Сокольникова была уже вторая гражданская жена. И еще из романа "Мастер и Маргарита" известно, что Анне Францевне де Фужере было 50 лет. Фанне Зархи (которая родилась в 1889 г.) 50 лет исполнилось как раз в 1939 г. - т.е. в год смерти ее мужа, Григория Сокольникова. Не исключено, что именно вследствие этой тайны, покрытой мраком, "квартирка" становится "нехорошей," ибо там присутствует "дух первой жены покойного ювелира" - В.М.][8]

Сын – Червонный. Разве это не «ювелирная» работа, во всех смыслах, не забывая и контекст «coche-nille». Интересно, имел ли в виду это сам Гирш Яковлевич, который учился на юридическом факультете Московского университета, окончил юридический факультет и курс доктората в области экономики Сорбонны, и владел шестью языками. Фактически он был самым образованным из всей большевистской «coche-nille». Он-то не мог не понимать всех значений слова «червонец», не ограничиваясь только денежными знаками и «десятью годами без права переписки». Кто знает, какие смыслы и знаки преобладали в голове Гирша Бриллианта в 1925 году, когда он дал своему незаконнорожденному сыну не только имя, но и фамилию? Это интересная и достойная задача, как с точки зрения лингвистики, так и с точки зрения психологии.

В-пятых, женщина, на которой женился Сокольников. Женился он на Галине Серебряковой. Они случайно встретятся в Кисловодске, и фиалковоглазая Марья Васильевна будет из ревности стреляться под Кисловодским мостом, хотя и сама-то, прямо скажем, в тот сезон отчаянно флиртовала с Микояном.

Григорий Яковлевич влюбился. Жизнь супругов была увлекательной: Григорий Яковлевич начал учить девятнадцатилетнюю жену французскому и подвигнул к писанию книг. Причем последнего добился следующим образом: запирал жену в ванной, бросал ей туда бумагу и говорил (видимо, через дверь): «Пиши, ты талантлива!»

Так как Сокольников в принципе не был деспотом и домашним тираном, естественно сделать вывод, что Сокольникова была чрезвычайно ленива. Еще она была чрезвычайно красива. Избалована. Производила впечатление хрупкой и легко ранимой.[9]

Итак, Бриллиант, семейные бриллианты, червонцы, Червонный и Серебрякова. Короче говоря, золото, серебро, драгоценные камни. На наш взгляд, все это убедительно говорит в пользу того, что под покойным «ювелиром» имеется в виду Григорий Яковлевич Сокольников, а следовательно, прототипом или одним из прототипов Анны Францевны де Фужере становится Галина Иосифовна Серебрякова. Что же касается, 50-летнего возраста Анны Францевны, то здесь Булгаков сделал небольшую «рокировочку». В 1926 году, когда Сокольников женился на Галине Иосифовне Серебряковой (урожденной Бык-Бек) ей было 19 лет, и она была на 16 лет моложе мужа. В мае 1939 года, когда Сокольникова убили сокамерники в Верхнеуральском изоляторе НКВД, ей было 32 года, но самому Сокольникову было как раз 50 лет (он родился 3 августа 1888 года). Серебрякову еще ждали новые замужества и ссылки, но возраст «вдовы» ювелира соответствует именно тому возрасту ювелира, когда тот стал покойным. С общепринятой точки зрения такой возраст владелицы квартиры является вполне подходящим, а с точки зрения исследователя – весьма информативным. Так сказать, лишний штрих.

Теперь, обозначив все аргументы относительно исторического прототипа «покойного ювелира», постараемся исследовать персонажа (или персонажей) романа, в которых иносказательно проявляется жизнь и деятельность Григория Сокольникова.

2. О ласточках, воронках и устойчивых выражениях

В первую очередь таким персонажем является бухгалтер Варьете Василий Степанович Ласточкин. Посмотрим, в какой мере при- и злоключения Ласточкина ассоциируются с характерными эпизодами из жизни Григория Яковлевича Сокольникова. Итак, теперь мы займемся подробным исследованием литературного персонажа романа «Мастер и Маргарита» – всего-навсего бухгалтера Варьете. Начнем фамилии, точнее, с коннотациями к слову «ласточка»:

Рис. 1. Городская ласточка, воронок  

Городска?я ла?сточка, или вороно?к (лат. Delichon urbicum) – мелкая птица семейства ласточковых, широко распространённая в Европе.

Городская ласточка под названием Hirundo urbica была впервые научно описана шведским натуралистом Карлом Линнеем в 1758 году в 10-м издании его «Системы природы». Позднее, в 1854 году американец Томас Хорсфилд и британец Фредерик Мур поместили этот вид в отдельный род Delichon. Родовое название Delichon является анаграммой от древнегреческого слова χελιδ?ν (читается как «хелидон»), означающего «ласточка». Видовое название urbicum переводится с латинского как «городской». То есть, научное название можно перевести как «городская ласточка» — то же именование используется и в русском языке.

Воронки социально моногамны, однако довольно часто известны случаи совокупления с членами другой пары, в результате чего это вид признаётся генетически полигамным.[10]

Видимо, воронки весьма «coche-nille-ны». О полигамии «городской ласточки» мы уже говорили, но если понадобится, мы вновь вернемся к этому вопросу. А что касается «воронка», это слово прочно утвердилось в нашем лексиконе с 20-30 годов прошлого века. Изначально оно относится к блатному сленгу и означает машину для перевозки арестованных. Так что мы снова, уже на уровне другого персонажа романа, убеждаемся в его отношению к «воронку», то есть к аресту. Это важно. Но есть и другие связи.

Есть еще одно интересное обстоятельство, связанное с выражением «первая ласточка». Первые ласточки в Москве, как правило, появляются в апреле – приблизительно в то самое время, когда распяли Иешуа («четырнадцатого числа весеннего месяца нисана»). Ниса?н (ивр. ??????‎, происходит от аккадского нисану, «первые плоды») – в еврейском календаре первый месяц библейского и седьмой гражданского года. В Торе называется Авив. Приблизительно соответствует марту-апрелю григорианского календаря. На 15-й день этого месяца еврейский народ празднует Песах, который продолжается 7 дней.[11] Пе?сах (ивр. ??????‎, букв. «миновал, обошёл», в ашкеназском произношении – Пе?йсах / Пе?йсох; арам. ????????, Пи?сха; по-гречески и по-русски – Пасха) – центральный еврейский праздник в память об Исходе из Египта.[12] Таким образом, Иешуа казнили прямо накануне центрального еврейского праздника.

В этот же месяц прилетают первые ласточки, появляются первые «воронки» – по еврейскому библейскому календарю. Мы не сказали ничего нового: мы лишь соединили несколько исторических фактов, явлений природы и литературных фрагментов.

Есть и другое устоявшееся выражение – «ласточкин хвост». Рассмотрим его подробнее.

Рис. 2. Махао?н (лат. Papilio machaon)

Махаон – бабочка семейства парусников или кавалеров. Ее часто называют «хвостатой бабочкой», а немцы зовут его «ласточкиным хвостом» (Fischschwanz – дословно «хвост рыбы»). Конечно, никакого хвоста у бабочки нет – просто на задних крыльях у нее длинные отростки, похожие на ленточки. Но в полете эти отростки действительно похожи на хвостики. Махаон назван шведским натуралистом Карлом Линнеем в честь врача-хирурга, сына Асклепия и Эпионы, принимавшего участие в походе греков на Трою во время Троянской войны.[13] Согласно одной из легенд, Махаон был одним из ахейцев, находящихся внутри троянского коня. Как известно, Илион – это другое название Трои. Отсюда «Илиада» Гомера. А теперь придется обратиться к фамилии хозяйки «нехорошей квартирки» де Фужере. Присутствие Махаона в Троянском коне – символ хитрости и скрытности. Что касается Григория Сокольникова, то как мы увидим дальше, ни в том, ни в другом ему не откажешь.

Поскольку Булгаков был врачом, он, несомненно, знал, что такое подвздошная кость или os ilium. Однако здесь возникает некоторое недоумение. Дело в дом, что подвздошная кость является одной из костей таза и сочленяется крестовой костью, являющейся результатом слияния 5 позвонков, и в области вертлужной впадины срастается с двумя другими тазовыми костями: седалищной и лобковой. Все три кости вместе называются безымянной костью.[14]

Рис. 3. Общий вид подвздошной кости как крупнейшей кости таза.

Acetabulum – это вертлужная впадина место срастания этих трех костей (illium [подвзошной], isсhium [седалищной] и pubic [лобковой]. Кроме медицинского значения, это латинское слово имеет и другие переводы на русский: соусник, чашка, присоска (биол.) и чашечка цветка. Подвздошный гребеньcrista iliaca или iliac crest – утолщение на верхнем края подвздошной кости. Вот, пожалуй, и все анатомические подробности, которые, несомненно, знал Булгаков. Другое дело, мог ли он ими воспользоваться и использовал ли он ассоциации с иллюстрацией, представленной на Рис. 3.

Начнем с того, что изображение таза очень напоминает бабочку. Есть даже медицинское называние на латыни – крыло подвздошной кости (ala ossis ilii). А если мысленно представить себе бедренные кости, вставленные в суставы нижних отверстий, то эта костяная бабочка будет очень похожа на махаона (или на «ласточкин хвост). Таким образом, существует еще одна, уже не мифологическая, а анатомическая связь между «илионом» и «махаоном», «кавалером», «ласточкиным хвостом», которая, несомненно, была известна Булгакову как врачу. Да и ахеец Махаон, как врач и сын врача Асклепия (Эскулапа), конечно же, тоже был ему известен.

Но неспециалисту совершенно непонятно, какое отношение к дыхательной системе имеет тазовая кость os ilium. Но если посмотреть в латинский словарь, то можно изумиться количеству значений латинского слова os:

Os, ?ris (лат) кость, но в то же время, и прежде всего это: 1) рот, уста; пасть; клюв; орган речи 2) речь, разговор 3) красноречие, дар слова 4) лицо, обличье 5) наличие, присутствие 6) отверстие; вход, выход; расселина, щель или кратер; устье; источник 7) нос корабля 8) голова 9) сердцевина

Таким образом, знание латыни и анатомии Булгаковым-врачом дает полную свободу выражения Булгакову-писателю, а нам может служить объяснением тому, как одно латинское слово os связывает дыхательное (и прочие отверстия в теле человека) с костями таза. Если вместо слова одного значения кость os (кость) взять другое значение этого слова (например, отверстие), то выражение os ilium из «подвздошной кости» превратится, например, в «Троянскую брешь». А если взять значение «рот», то смысл выражения os ilium будет совсем иным («красная Троя» или «рыжая Троя»), ибо на немецком языке слово «rot» означает «красный; алый; рыжий».

Но если «красная» или «рыжая» Троя – это красный, рыжий «coche-nille-ная» Советская Россия, то Махаон («кавалер», «парусник» махаон), находящийся внутри Троянского коня – это потенциальная гибель Трои. Сейчас мы бы сказали: это «троянский вирус» для «рыжей» «coche-nille». Этот мифологически-биологически-медицинский аспект «ласточкиного хвоста», и, возможно, персонажа Ласточкина, и тогда уже – и его прототипа – Григория Сокольникова, несомненно, является, очень красивым и изящным, с учетом того, что Григорий Яковлевич, несомненно, был «кавалером», обладал прекрасным красноречием и не будем забывать о том, что Сокольников был и оставался непревзойденным финансистом. Если же посмотреть на тот же анатомический рисунок «социальным» взглядом, то на блатном жаргоне «кости» означают «деньги». С учетом всех этих смыслов и ассоциаций можно ощутить ту глубину Греческой Драмы, которую нельзя выразить ни в спектакле, ни в кино, ни даже в переводе на другой язык. Эта Драма – наша Литература и наше национальное достояние. Поэтому ригидным, псевдонаучным умом такую Литературу не понять и никаким соц-аршином не измерить глубину ее смысла. А верить в это и в то, что будет написано дальше, – дело сугубо личное и мы бы даже сказали, интимное.

Далее можно вспомнить об испанской вариации слова Махаон. Здесь нас ждет кое-что интересное, а именно, на языке народов Латинской Америки:

macho (исп.) – это мачо, т.е.: 1) самец 2) мул 3) растение мужской особи 4) крючок 5) винт; болт 6) дурак, глупец

macha (исп.) I опьянение II marimacho (презр.) мужеподобная женщина; грубая баба; халда. Есть и некие частности, например, в Гватемале  macha – проститутка, публичная женщина

В общем, мача (или маха) – это либо женщина-мачо, либо проститутка, либо и то и другое вместе. Халда – это женский вариант слова «халдей», которое может иметь такие значения:

1) Персонаж старинного религиозного обрядового действа, рядившийся в восточные одежды;

2) Название ряженого шута или скомороха, потешавших народ на улицах, базарах и не стеснявшихся непристойных выходок (обычно с оттенком пренебрежительности);

3) Человек, вызывающий возмущение окружающих своим угодничеством, подобострастием, приспособленчеством.

Что касается третьего пункта, то мы его сразу опустим, так как других людей на таком уровне не было, а если говорить о Григории Сокольникове – то он проявлял очень избирательное угодничество, особенно в начале своей карьеры, чем, возможно, и вызывал возмущение таких «coche-nille-ных» особей, как, например, Емельян Ярославский-Губельман или Генрих Ягода. Но, думается, Сталин знал о нем много, больше, чем хотелось бы Сокольникову.

Что касается второго пункта (шута или скомороха) и непристойных выходок (обычно с оттенком пренебрежительности), то это как-то совсем не подходит к Григорию Яковлевичу, правда, принимая во внимание, что мы говорим о халдее, а не о халде. Если же речь идет о махе, «мужеподобной женщине», то есть о том, что в тюрьме Сокольникова насиловали мачо-уголовники, такое вполне возможно, но мы сможем поговорить об этом подробно лишь в следующей части нашей статьи. О том, что такое было возможно в принципе, можно понять, посмотрев и биографию Генриха Ягоды, и биографию Николая Ежова:

При обыске у Ягоды были найдены фильмы, открытки, фотографии порнографического характера, также была найдена коллекция сигар, резиновый половой член, троцкистская литература и др…[15]

Наверное, на допросе Ягода рассказал, зачем ему был нужен резиновый половой член, а может быть, следователи об этом знали лучше него. Что касается Ежова, то здесь вообще все говорится открытым текстом:

Кроме [всего прочего], Ежов обвинялся в уже преследуемом по советским законам мужеложестве (которое, впрочем, тоже совершал якобы «действуя в антисоветских и корыстных целях»).[16]

Кроме обвинения в «мужеложестве», внимание привлекают «корыстные цели», то есть Ежов занимался этим с целью обогащения, да еще в антисоветских целях. Это очень интересно. Других фактов у нас нет, но одно это говорит о том, что клиентами Ежова были отнюдь не бедные люди. Не был бедным и пока еще не покойный ювелир…

На блатном жаргоне слово «халдей» означает «учитель», «педагог» от  (греч. paidagogós – воспитатель, от páis, родительный падеж paidós – дитя и ágo – веду, воспитываю). Для блатного языка такое значение кажется слишком неуместным, поэтому попробуем проникнуть в его суть. На французском языке то же слово «педагог» пишется иначе – pédagogue. Здесь трудно разобраться в словообразующих корнях, поэтому для сравнения возьмем известное слово педофил (pédophile – испытывающий влечение к малолетним). Учитывая, что «phile» – это корень, означающий любовь, страсть, корень «pedo» должен иметь отношение к слову «ребенок» или «дети». Проверим это:

На латыни: pedo – испускать ветры;

На французском: (школ. арго) 1) pède – папка. pédé 1) педераст, 2) подонок, мразь.

На испанском: (лат. ам.) pedo 1) кишечные газы; ветры 2) опьянение, хмель 3) драка, потасовка.

Мы пришли к очень интересному выводу, что на испанском языке слово «pedo» может означать «пускать ветры» (как на латыни), а может означать «опьянение» (то есть, «маха», «халда»!)

Если же добавить, что на французском «gogues» означает «уборная», на итальянском – (bere) a gogò значит «(пить) сколько влезет», а на испанском – gogoтипун (болезнь птиц!), то приходим к следующим выводам:

1) словообразующие корни слова «педагог» в общепринятом смысле следует искать только в греческом языке;

2) в романских языках «педагог» в смысле «халдей» имеет очень ограниченную сферу воспитания и обучения, которая определяется ключевыми словами «пускать ветры», «педераст», «папка», «уборная», «опьянение», «мразь» и, возможно, «маха».

3) такое семантическое поле вполне соответствует блатному сленгу.

Мы немного увлеклись «языкознанием», зато получили результаты. Осталось разобраться с еще одним значением слово «халдей» или «халда» как с «персонажем старинного религиозного обрядового действа, рядившийся в восточные одежды». Здесь у нас возникает прямая ассоциация с издевательством над Христом перед распятием, которое учинили над ним римские легионеры, которые делали из него шутовского царя (Матф. 27: 27-30):

Тогда воины правителя, взяв Иисуса в преторию, собрали на Него весь полк и, раздев Его, надели на Него багряницу; и, сплетши венец из терна, возложили Ему на голову и дали Ему в правую руку трость; и, становясь пред Ним на колени, насмехались над Ним, говоря: радуйся, Царь Иудейский! и плевали на Него и, взяв трость, били Его по голове.

Есть и другие ассоциации. В каком-то смысле можно сказать, что, согласно нашей концепции, одного из «верных ленинцев» Булгаков определенно сделал современным (ему) аналогом Иешуа, который испытывал всяческие издевательства и осмеяние в тюрьме НКВД. При этом мы согласны с широко распространенным мнением, что в образе Пилата он видел Сталина. Что же касается Григория Сокольникова (Бриллианта), то ему выпала иная роль, и о ней мы обязательно расскажем в следующей части статьи.

И, наконец, нельзя остановиться на птичьей болезни. Типун (исп. gogo, фр. рépie, исп. рepita, что к тому же означает «косточка» или «крупинка») – хрящеватый болезненный нарост на конце языка у птиц. Разумеется, отсюда поговорка «типун тебе на язык». Но в переводе на тюремный сленг – это дробинка, которую вшивают ткань языка пассивным гомосексуалистам (понятно с какой целью – с той же целью им часто выбивают передние зубы).

Кому-то может показаться, что мы слишком часто переходим на блатной жаргон и используем скрытые в нем смыслы, которые Булгаков вообще не имел в виду. Мы не будем с этим спорить и приводить, на наш взгляд, лишние доводы о том, на каком сленге говорила «coche-nille-ная» российская интеллигенция 20-50 годов. Приведем только один пример. В романе «Мастер и Маргарита» часто упоминается «Грибоедово» или «дом Грибоедова», которым «в настоящее время владел этим домом тот самый МАССОЛИТ, во  главе которого стоял  «погибший на Патриарших прудах прямо на наших глазах» Михаил Александрович Берлиоз. На этом же блатном сленге «грибоед» означает «живущий за счет других», а это, как известно, как нельзя лучше соответствовало действительности. Поэтому мы уверены, что этот язык Булгаков применял широко, что он, не хуже французского, немецкого или латыни, имеет право на существование в романе. Более того, иногда он оказывается гораздо более точным в объяснении некоторых фрагментов, чем изощренные, а иногда – просто заумные выдумки интеллигентных литераторов. Поэтому будем продолжать свое исследование, пользуясь им наравне с другими языками.

3. Пой, ласточка, пой

Теперь обратимся к миру театра и посмотрим, какие спектакли на тему «ласточки» существовали к моменту написания романа. Конечно же, такой спектакль существовал – это опера Джакомо Пуччини «Ласточка» («La rondine»). Ее либретто вкратце таково:

Парижская куртизанка Магда влюбляется в приезжего, провинциала Руджеро и бежит с ним в Ниццу, бросив своего богатого любовника банкира Рамбальдо. На море пара, в сопровождении горничной Лизетты и поэта Прюнье, счастливы. Однако, прочтя письмо от матери Руджеро, которая полагается на сына и доверяет ему в выборе невесты, Магда испытывает угрызения совести и решается рассказать Руджеро правду о своём прошлом. Невзирая на слёзные мольбы Руджеро, Магда уходит от него и, как ласточка,  возвращается к простившему ее банкиру.[17]

Считается, что эта опера является одной из самых неудачных вещей Пуччини, что она написана им в подражание венской оперетте. Очевидные переклички с «Травиатой» Верди, но большая драматическая слабость и натяжки, дали повод одному критику называть ее «Травиатой для бедных».

С точки зрения музыкальной критики, наверное, так оно и есть. Но с точки зрения нашего исследования, именно эта опера представляет несомненный интерес, ибо изумительно перекликается с драматическими событиями, связанными с отношениями Саввы Морозова и группой вымогателей-большевиков во главе с боевиком-убийцей Л. Б. Красиным, который в то время, наряду с Горьким был любовником М. Ф. Андреевой. Мария Федоровна Андреева (урожденная Юрковская, по мужу Желябужская) вымогала через постель огромные деньги у своего почитателя и любовника: сначала для театра Станиславского, а потом – огромные суммы для своих любовников-покровителей большевиков, которые шли на организации стачек и выпуск подрывной литературы. Это очень захватывающая история, прекрасно изложенная в книгах Е. Арсеневой «Мальвина с красным бантом»[18] и Б. И. Николаевского «Тайные страницы истории».[19] Мы коснемся этих источников в очень существенной мере, ибо они нам помогут установить близкие аналогии и ассоциации с оперой «Ласточка», а в какой-то мере, – и с оперой Верди «Травиата». В свою очередь эти связи позволят нам увидеть очень грустную и, мягко говоря, неприглядную картину, связанную уже с Василием Степановичем Ласточкиным, а с Григорием Яковлевичем Сокольниковым.

Но, как всегда, сначала постараемся «прочитать» говорящие имена в опере. Здесь это сделать не так просто, так как они говорят на разных языках.

Начнем с главной героини – Магды; на французском языке  Magda de Civry. Разумеется, имя Магда является производным от имени Магдалина. Прозвание «Магдалина» (ивр. ???? ???????‎, др.-греч. Μαρ?α ? Μαγδαλην?), которое носила эта из евангельских Марий, традиционно расшифровывается как «уроженка города Мигдал-Эль». Также ср. с еврейского migdal и арамейского magdala – «башня», буквальное значение этого топонима: так как башня является феодальным и рыцарским символом, в средние века этот оттенок был перенесен на личность Марии и ей были преданы аристократические черты.

Было также высказано предположение, что прозвание «Магдалина» может происходить от используемого в Талмуде выражения magadella (?????) —«завивающая волосы». Персонаж, называемый «Мириам, завивающая волосы женщинам» (???? ????? ??? ?????), встречается в ряде связанных с Иисусом талмудических текстов, причём в одном из них о ней говорится как о прелюбодейке. Не исключено, что в этих текстах нашли отражение рассказы о Марии Магдалине.[20]

Однако в опере Пуччини фигурирует не просто Магда, а Magda de Civry.  Имя Civry является производной от героини галло-римского романа Sevire, которое в свою очередь, является производным от французского sévir (фр.) 1) строго наказывать 2) свирепствовать.

То есть речь идет о «прелюбодейке», «завивающей волосы», да еще с аристократическим налетом. Мало того, – о женщине жестокой и даже «свирепой».

Сразу же обратимся к имени ее богатого содержателя, «спонсора» и в какой-то мере любовника банкира Рамбальдо. Несмотря на внешнюю принадлежность к романской группе языков мы не смогли там найти вообще ничего, хотя бы отдаленно напоминавшего эту фамилию, не говоря уже о соответствии роли или характеру действующего лица. Зато мы без труда смогли прочитать эту фамилию на английском языке. Действительно:

Рис. 4. Мария Фёдоровна Андреева

ram (англ.) а) 1) баран 2) самец, козёл; потаскун, распутник (о мужчине) 3) таран, стенобитное орудие;

bald (англ.) 1) лысый, плешивый 2) оголённый, лишённый растительности, перьев 3) с белым пятном (о животных) 4) неприкрытый (о недостатках) 5) неприкрашенный, неукрашенный 6) открытый, явный, прямой 7) убогий, бесцветный.

Ram + bald = Rambald + о (романское). Итого – Рамбальдо.

Мы утверждаем, что в данном случае персонажи очень, очень похожи на Марию Федоровну Андрееву (урожденную Юрковскую, по мужу Желябужскую) и Савву Тимофеевича Морозова.

Рис. 5. Савва Тимофеевич Морозов

Теперь, о том, почему мы остановились на таком выборе. Прежде всего потому, что расшифровка имени полностью соответствует характеру и роли М. Ф. Андреевой в драме, в которой она была не простой участницей; несомненно, что она участвовала и в ее режиссуре. Если же посмотреть на аналогичных персонажей: как в «Травиате» (итал. La traviata «падшая», «заблудшая») – куртизанку Виолетту Валерии, так и куртизанку Маргариту Готье в романе «Дама с Камелиями» Дюма-сына, прототипом которой послужила возлюбленная Дюма Мари Дюплесси. Дюплесси в 23 года умерла от туберкулеза, – то они обе, как несчастная возлюбленная Дюма, больны туберкулезом. Эта деталь совершенно отсутствует и у Магды в «Ласточке», и у Марии Андреевой. С точки зрения расшифровки имен куртизанок «Травиаты» и «Дамы с камелиями», мы можем согласиться с версией Альфреда Баркова, что прототипом Маргариты была именно Мария Федоровна Андреева[21]. Более того, учитывая, что настоящем именем Мари Дюплесси (фр. Marie Duplessis) было Альфонсина Плесси, гипотеза А. Баркова подтверждается еще больше. На итальянском языке имя  Alfonso, альфонс (ит.) означает «сутенёр»; оно стало нарицательным благодаря персонажу комедии того же Дюма-сына «Мосье Альфонс», в которой мужчина находится на содержании у женщины. Тогда Альфонсина – это содержанка; она и была содержанкой многочисленных мужчин, в том числе – очень известных (последним любовником Альфонсины-Мари был Ференц Лист), пока не умерла в 23 года.[22] А как можно назвать женщину, которая, являясь Альфонсиной одного богатого, но очень наивного любовника (С. Т. Морозова), содержит сначала МХАТ вместе с капризным Станиславским, а потом коммунистическую партию большевиков, один из которых – ее любовник Л. Б. Красин – вынимает из нее и эти деньги, и деньги, которые потом зарабатывает второй ее любовник – писатель М. Горький? Альфонсина для такой женщины – слишком скромно. Лучше всех ее назвал Ильич, и, думаем, не ошибся. Он назвал ее «товарищ Феномен» (извините, это был ее партийный псевдоним). Здесь очень интересна игра слов: два английских слова, связанных французским артиклем: «fen-а-men» – т.е. «болото для мужчин». И какой русский бегемот застрял в этом болоте! Да, Ульянову не откажешь в остроумии, только черное оно было у него, впрочем, как и дела – и его самого, и его подельников. Но поскольку мы имеем дело с уголовщиной, то неплохо было бы знать, что означает «болото» на фене (или на конспиративном языке – видимо, они друг друга дополняли). «Болотник» – это «опытный карманный вор», «хмырь болотный» – это «ничтожество». Дальше мы ничего не будем комментировать, ибо к концу статьи в этом отношении будет все ясно: кто есть кто. Таким образом, с помощью партийного «товарищ» «болотная топь» превращается в партийный псевдоним: «товарищ Феномен»! Вот она – большевистская правда.

Еще несколько слов об остроумии Ильича. В книге воспоминаний «Мария Федоровна Андреевна…» приводится ее письмо к Н. Е Буренину, и в нем среди прочего, есть такой фрагмент:

...Мне когда-то Владимир Ильич дал две клички: «Феномен»и «белая ворона». Мне думается, обе эти клички и к Вам весьма подходят. И вот все Ваше повествование, я строила бы именно на том, что Вы в великую борьбу великого рабочего класса за ев освобождение от цепей рабства пришли с совершенно иной стороны, пришли сначала как спортсмен-организатор, блестящий – надо отдать Вам справедливость, бесстрашный и самоотверженный, но пришли Вы – со стороны, для жертвы, а не самоосвобождения – это и не могло быть иначе! Вы по самой натуре своей гуманист культуртрегер, и сделали Вы очень много, без таких, как Вы, naртии было бы, наверное, значительно труднее. Ни Вы, ни я, мы не были профессионалами, хотя шесть лет Вашей жизни Вы целиком отдали на служение партии — вот по этому-то Вы не только белая ворона, но и феномен, по-моему. ...О квартире на Воздвиженке я Вам отчасти уже написала, так же как и о Вашей встрече с Владимиром Ильичем. Вы не рассердились на меня?...[73]

Мария Федоровна сама вспоминает о своих кличках, в том числе и о «белой вороне». Если переложить эту кличку на английский язык, а в то время русские революционеры уголовники часто баловались этим (пример тому – Красин), то получается тот же, уже хорошо известный нам смысл. На английском языке «белая» – «white», «ворона» – «crow». Если переставить местами эти слова и сложить их на английском, получится crow + white = (по-русски читается) «кро-вать». Так что Ильич слов попусту не бросал, даже в «болото».

Интересно, что Альфонсина Плесси, изменив имя, к тому же прибавила к своей фамилии Рlessis частицу du, которая соответствует de + le, то есть принадлежности кому-то или чему-то. Учитывая, что на итальянском языке plesso – это 1) сплетение нервов или сосудов 2) единица, коллектив, то, наверное, француженка переводила свою фамилию, например, как «комок нервов»; зато русская Альфонсина-болото-Феномен могла ее перевести просто: «феноменальный член партии» ВКП(б), в которой она, кстати и состояла аж с 1904 года.[23]

Такова весьма интересная «культур-натур-партийная» параллель, которая пересекается с другим, весьма интересным исследованием А. Баркова и пока его подтверждает. Посмотрим, что будет дальше, а пока скажем чуть больше о втором персонаже – Рамбальдо. Как мы уже говорили, его имя не расшифровывается ни на одном романском языке (или расшифровывается только отчасти, как, например, на испанском: baldoотсутствующий (о масти в картах); парализованный) – только на английском, причем с легкостью. Попробуем догадаться почему.

Савва Морозов происходил из купеческой семьи, был потомственным почётным гражданином. Окончил 4-ю московскую гимназию (1881), естественное отделение физико-математического факультета Московского университета (1885), в 1885 –1987 годах изучал химию в Кембриджском университете (Великобритания), одновременно знакомился с организацией текстильного дела на английских фабриках.[24] То есть в отличие от всей большевистской «братвы и братии», он занимался своим делом не во Франции, не в Италии и даже не в Швейцарии, а в Англии. Это весомый аргумент в пользу нашей интерпретации. На арамейском имя Савва означает «старец», на арабском – «неволя». На английском «savvy» означает «смышлёный, толковый, сообразительный».  И вместе с тем «save» (англ.) – «спасать». Он и спасал: в 1905 году прятал от полиции одного из лидеров большевиков Н. Э. Баумана. Более того: финансировал издание социал-демократической газеты «Искра», на его средства учреждены первые большевистские легальные газеты «Новая жизнь» и «Борьба». Морозов нелегально провозил на свою фабрику запрещённую литературу и типографские шрифты, Дружил с М. Горьким (любовником своего возлюбленного «болота»), был близко знаком с Л. Б. Красиным (большевицким боевиком, тоже любовником товарища «болото», своим убийцей). Чем не Рамбальдо? Кстати говоря, еще одним значением слова «swallow» в переводе с английского языка, кроме слова «ласточка», являются слова «1) глоток 2) глотание 3) глотка 4) прожорливость». Так что посмотрим, чего и как наглотался бедный богатый Савва Морозов, прикармливая большевистскую «альфонсину-ласточку», а вместе с ней и все большевистское ворье.  Начиная с этого места мы будем много цитировать книгу Елены Арсеневой, где она очень красочно описывает эту большевистскую братву:

«…В 1905 году, когда, при помощи Саввы, в Петербурге организовывалась «Новая жизнь», а в Москве «Борьба», Красин восхищался:

– Интереснейший человек Савва! Таких вот хорошо иметь не только друзьями, но и врагами. Такой враг – хороший учитель.

Но, расхваливая Морозова, Леонид, в сущности, себя хвалил, разумеется, не сознавая этого. Его влияние на Савву для меня несомненно, это особенно ярко выразилось, когда Морозов, спрятав у себя на Спиридоновке Баумана, которого шпионы преследовали по пятам, возил его, наряженного в дорогую шубу, в Петровский парк, на прогулку. Обаяние Красина вообще было неотразимо, его личная значительность сразу постигалась самыми разнообразными людьми…»[25]

Проблески рассудка во всей этой истории проявила, как это ни удивительно, одна только Зинаида Григорьевна. Когда в одном из подмосковных имений Морозова начал работать ветеринаром (разумеется, для маскировки!) Грач – Николай Бауман, Зинаида твердила мужу:

– Гони его скорее вон! Я просто кожей чувствую, что этот немец – человек без чести и совести. Дай ему волю – он нас поубивает! У него глаза убийцы!

Да где там… Савва Тимофеевич не слушал доводов разума. На него особенно сильное впечатление произвело то, что дама его сердца, оказывается, поддерживает эсдеков. Теперь помощь им Савва расценивал как помощь возлюбленной Машеньке.

Разумеется, соратники Андреевой это ценили. Именно тогда Ленин и начал называть ее «товарищ Феномен».[26]

Ну что ж, за что Морозов боролся, на то и напоролся! Он вдруг стал замечать, что те, кому он помогает, кому платит немалые деньги (их он передавал Дмитрию Ульянову на квартире Андреевой ежемесячно), пишут в своей «Искре» заведомую ложь о положении рабочих на предприятиях Морозова: якобы люди там голодают и мрут от непосильного труда. Вдобавок ко всему орехово?зуевские рабочие начали забастовку. Не сами по себе, конечно: поработали тут и «джентльмен» Красин, и «человек с глазами убийцы» Бауман, и иже с ними.

Коварство и ложь бывших «товарищей» поразили Морозова. Он наконец?то посмотрел в лицо правде: любимая женщина лгала ему и вытягивала из него деньги. Друг?писатель, актеры, большевики – все хотели одного и того же. Проклятых денег![27]

Пожалуй, о Рамбальдо мы сказали достаточно. Теперь настало очередь «приезжего провинциала Руджеро». Сначала, как всегда, начнем с расшифровки его фамилии. На разных языках мы получаем такие значения: 

rugeo (исп.) празднество, веселье, gero (лат.) – представлять, изображать, играть роль

ruderal (англ.) рудеральный, растущий среди отбросов

rouge (фр.) 1) красный, алый, ярко-рыжий

rouge (исп.) губная помада (в общем, макияж)

Разумеется, первой приходит в голову кандидатура Леонида Борисовича Красина – «Никитича». Одна фамилия чего стоит: она может означать и «красный», и «красить», и «закрашивать» и «играть роль» – иначе говоря обозначать «рыжего» субъекта и его деятельность. На блатном жаргоне «красюк» – значит, «красавец». Действительно, согласно описанию Арсеневой, внешне Красин выглядел очень импозантно:

Он, Красин! Леонид! Все тот же откровенный, раздевающий взгляд дамского угодника, та же убийственная полуулыбка, от которой ее словно током прошивает.

– Это правда, что вы электротехник? – спросила Марья Федоровна, пытаясь во что бы то ни стало скрыть замешательство, и визитер усмехнулся:

– Разумеется. А что, не похож? Слышали о знаменитой электростанции в Баку? Я ее строил. Здравствуйте, фея моих грез!

И в ту же секунду она очутилась в его объятиях.

Ее затрясло… Да, правы некоторые умники, которые называют вожделение гальваническим воздействием на нервные окончания. Или этот человек сам – ходячая электростанция?[28]

Рис. 6. Леонид Борисович Красин

По воспоминаниям бывшего сотрудника советского государственного аппарата Семёна Либермана, даже своей внешностью Красин не был похож на общую массу коммунистических помощников Ленина. Его одежда отличалась прекрасным вкусом. Его галстук соответствовал костюму и рубашке своим цветом, и даже галстучная булавка была застегнута по особому, как это делает хорошо одетый человек.[29]

Конец Саввы Морозова был печальным. Родственникам пришлось наложить на него опеку, чтобы он не растратил остатки своего состояния. Жил он на юге Франции,  получая  значительное содержание. Смерть его в 1905 году была загадочной. Это было самоубийство,  но незадолго до смерти его посетил Л. Б. Красин – глава  большевистских  террористов.  На Ордынке кто-то придумал такое. Французская полиция  обнаружила  возле трупа Саввы Морозова  записку: «Долг – платежом. Красин».

Таким  образом,  объективные  источники  подтверждают факт написания «записки» Красиным.

Мог ли автором предсмертной «записки Морозова» быть Красин? Для ответа на этот  вопрос следует произвести экспертизы почерка автора «предсмертной записки» и Красина. Образцы почерков Красина есть, разумеется, в многочисленных российских архивах. Есть они и в фонде Красина в Международном институте социальной истории в Амстердаме, где хранятся письма Красина жене, написанные им в период 1917-1925  годов. Внешнее  сходство почерков  Красина  (письма  1917  года) и автора «предсмертной  запиской Морозова» 1905 года допускает, что тексты написаны одним лицом – Красиным. Но окончательно на этот вопрос могут ответить только криминалисты.[30]

Несомненно, где-то без криминалистов обойтись нельзя. Но что касается их так называемых партийных псевдонимов, то можно обойтись и собственными силами, если, конечно, знать «феню». Из очерка Горького «Леонид Красин» мы узнаем, что у боевика и террориста Леонида Борисовича Красина, который к тому же мог распоряжаться большевистской партийной кассой (т.е. общаком), были следующие «партийные псевдонимы»: Никитич, Винтер, Зимин, Иогансен, Лошадь, Николаев.[31] Теперь разберемся, что они значат. Судя по псевдониму «Винтер», здесь имеет место смешение двух языков: английского и «фени», а русский становится посредником между ними. Итак:

Винтер = winter (англ.) зима; зима – нож

Винт – винтовочный обpез

Лошадь – заключенный, хоpошо pаботающий на пpоизводстве (лошади – сапоги;

лошадка – гомосексуалист)

Иван – псевдоним главаpя пpеступной гpуппы; Иогансен – сын Иоганна – сын Ивана (в Германии) – приближенный к пахану в Германии (т.е. к Ленину)

Никитич = nick (прозвище, псевдоним) + teach (учить), т.е. «учитель»

Николаев = nick (прозвище, псевдоним) + love (любить), т.е. «любитель»

Так что в отношении того, кто рвался к власти и в 1917 году ее получил, нет никаких иллюзий – уголовники. Кто-то из них был более образован (на горе существовавшей тогда власти), кто-то меньше, кто-то вообще не образован, но все эти люди не имели ни стыда, ни совести, не ценили ни достоинство человека, ни его жизнь, и все это как нельзя лучше отражают их прозвища и клички или, как они их называли, партийные псевдонимы. Кстати говоря, кроме всего прочего, они были подлецы и лицемеры, а потому выбирали себе клички, которые вводили людей в заблуждение, как, например, Николай Бауман со своим погонялом «грач» – 1) богатый человек, 2) человек, не знающий, что имеет дело с воpами. Он родился в семье владельца обойной и столярной мастерской из обрусевших немцев, закончил ветеринарный институт и имел диплом ветеринарного врача. В энциклопедии написано, что «грачом» его прозвали «за легкость перехода границы».[32] Но это полная чепуха и абсолютная ложь. Он получил эту кличку, чтобы втираться в доверие к нормальным и обеспеченным людям, а также, чтобы строить из себя наивного дурака при стычках с другими уголовниками.

Грач (лат. Corvus frugilegus) – широко распространённая в Евразии птица рода во?рон. Длина 45–47 см. Перья чёрные, с фиолетовым отливом…В северной части ареала грачи – перелётные птицы, в южной – оседлые.[33]

Рис. 7. Грач. (Corvus frugilegus Linnaeus, 1758)

Не забудем о том, что Бауман имел ветеринарное образование и был немцем. Так что к южным «оседлым» немцам он мог этот северный «перелетный» немец мог перейти границу к своему «пахану» Ленину совершенно без труда! И совершенно без труда мог втираться в доверие к образованным и деловым немцам по обе стороны границы. И после этого еще есть какие-то сомнения, был ли он немецким шпионом! Да и не был он убит никакими черносотенцами, просто убили одного из большевицких немецких шпионов и все. Прибавим к тому же, что грач (нем.) Saatkrähe = Saat (семя; семена) + Krähe (ворона), т.е. «воронье семя». Все это прекрасно понимал Булгаков:

Рис. 8. Бауман, Николай Эрнестович

…Но это еще не все: третьим в этой компании оказался неизвестно откуда взявшийся кот, громадный, как боров, черный, как сажа или грач, и с отчаянными кавалерийскими  усами.[34]

Заметим, что писатель не использует устоявшегося выражение «черный, как ворон», а предпочитает иное: «черный, как сажа или грач». Так кто же черносотненец: сам Бауман, или тот, кто его убил? А что касается «отчаянных кавалерийских  усов», то на Рис. 8, где помещен портрет Баумана, они очень хорошо видны.

Если же мы посмотрим, как звучит на немецком слово «сажа», то все окончательно прояснится, ибо оно звучит как «Ruß», то есть «рус». Таким образом «Бауман-грач» и лермонтовская «немытая Россия» у Булгакова стоят рядом. Кстати говоря, между Ласточкиным-Сокольниковым («городской воронок»), и Бауманом-Грачом («вороново семя) чуть ли не родственные связи. Мы еще вспомним об этом, когда поговорим о мятеже в Москве в 1905 году. Иногда интересные сопоставления у Булгакова находишь там, где не ищешь. Однако мы отвлеклись, поэтому снова возвращаемся к «провинциальному Руджеро» – Красин был родом из Кургана.

Собственно, мы вернулись к Руджеро, чтобы от него сразу перейти к его приятелю – поэту Прюнье. Как всегда, начнем с исследования фамилии персонажа.

prunier (фр.) сливовое дерево, слива;

prunelle 1) терновая ягода, тёрн 2) терновая настойка 3) зрачок 4) прюнель (ткань);

pruno (ит.) 1) терновник 2) шип, колючка, 3) неприятность;

pruneto (ит.) 1) заросли терновника 2) запутанное дело, путаница, дебри;

prune (англ.) чернослив 2) неприятный, глупый человек, простофиля 3) красновато-лиловый цвет; 4) обрезать; подрезать (деревья) 5) удалять (излишества), упрощать

В общем, наверное, достаточно. Ограничимся теми значениями, которые уже нашли: слива, терновник, заросли, запутанное дело, простофиля, лиловый цвет, удалять. Впечатляюще для поэта, с которым отдыхает влюбленная пара: «Альфонсина» и «Рыжий». Не нужно долго размышлять, кто может быть этим «поэтом-простофилей». Никто не может, кроме Алексея Максимовича Горького.

4. Товарищ "болото" и "союз рыжих"

В Горьком Марья Федоровна с первого взгляда увидела то, что теперь больше всего ценила в мужчине: силу страсти. У Красина эта страсть была глубоко спрятана под иронией и мощным интеллектом, у Горького – под яростным жизнелюбием и нарочитой простоватостью. По счастью, в нем не было вульгарности: этого Марья Федоровна не переносила. А простота, нижегородский окающий говор, который Горький порою утрировал, пристрастие к крепкому табаку, небрежная одежда, прокуренные усы… Ну что поделаешь: захотелось барыньке вонючей говядинки![35]

А дальше «товарищ Феномен» строит свои комбинации:

Они моментально оказались в постели, однако первое время скрывали свою связь: отнюдь не из?за жены Алексея Максимовича, Екатерины Павловны Пешковой, а прежде всего из?за Морозова, который был с Горьким знаком – они встречались еще в 1896?м году, в Нижнем, на заседании одной из секций Всероссийского торгово?промышленного съезда. Позднее Горький напишет о нем: «Дважды мелькнув предо мною, татарское лицо Морозова вызвало у меня противоречивое впечатление: черты лица казались мягкими, намекали на добродушие, но в звонком голосе и остром взгляде проницательных глаз чувствовалось пренебрежение к людям и привычка властно командовать ими. Не преувеличивая, можно сказать, что он почти ненавидел людей своего сословия, вообще говорил о промышленниках с иронией, и, кажется, друзей среди них у него не было».

Впрочем, то, что ее новый любовник оказался знаком и даже как бы дружен с прежним, оказалось очень даже на руку Марье Федоровне. Дело в том, что Красин (еще при том незабываемом свидании) потребовал свести его и других товарищей с Морозовым, однако Марья Федоровна не могла рискнуть сделать это, зная патологическую ревность Саввы Тимофеевича. Он мог многое стерпеть от нее, но она боялась неверным шагом повредить делу партии, которое теперь – как?то так вышло! – все больше и больше становилось делом ее жизни. А Горький – он запросто сможет внедрить Красина на фабрики Морозова![36]

Рис. 9. Чехов и Максим Горький

Кстати говоря, именно Чехов познакомил Марию Федоровну с Горьким.

В 1900 году Художественный театр гастролировал в Севастополе. Спектакли проходили в каком?то летнем театре, и вот в антракте спектакля «Гедда Габлер» в тонкие дощатые двери артистической уборной раздался стук.

Андреева вспомнит потом:

«Голос Чехова: «К вам можно, Марья Федоровна? Только я не один, со мной Горький». Сердце забилось – батюшки! И Чехов, и Горький!… Встала навстречу. Вошел Антон Павлович – я его давно знала, еще до того, как стала актрисой, – за ним высокая тонкая фигура в летней русской рубашке; волосы длинные, прямые, усы большие и рыжие. Неужели это Горький?… «Черт знает! Черт знает, как вы великолепно играете», – басит Алексей Максимович и трясет меня изо всей силы за руку. А я смотрю на него с глубоким волнением, ужасно обрадованная, что ему понравилось, и странно мне, что он чертыхается, странен его костюм, высокие сапоги, разлетайка, длинные прямые волосы, странно, что у него грубые черты лица, рыжеватые усы. Не таким я его себе представляла. И вдруг из?за длинных ресниц глянули голубые глаза, губы сложились в обаятельную детскую улыбку. Показалось мне его лицо красивее красивого, и радостно екнуло сердце. Нет! Он именно такой, как надо, чтобы он был, – слава богу!… Наша дружба с ним все больше крепла, нас связывала общность во взглядах, убеждениях, интересах. Мало?помалу я входила во все его начинания, знала многих, стоявших к нему более или менее близко. Он присылал ко мне людей из Нижнего с просьбами устроить их, сделать то или другое… Я страшно гордилась его дружбой, восхищалась им бесконечно…»[37]

У Горького голубые глаза, так что не следует раскрашивать их для мнимого сходства в светло-лиловый цвет, грубые черты лица, длинные прямые волосы и рыжие прокуренные усы. Зато все остальные значения подходят: он простоват, и при этом у «товарища Феномена» появляется еще один любовник, так что дело запутывается еще больше.

Кстати говоря, что касается писательского псевдонима, а также партийной клички «Горький», то в переводе на английский язык оно означает «bitter», т.е. «горький», «мучительный». Точно такое же слово «bitter» с точно таким же смыслом существует и в немецком языке, но в немецком языке, кроме этого значения есть существительное «Вitter», которое означает «проситель», «просящий» – от слова «Bitte» – «просьба», «прошение», «ходатайство». Так что не следует соскальзывать только на одно значение этого псевдонима и партийной клички. «Буревестник» прекрасно функционировал и с точки зрения немецкого значения своей клички. Примером может служить не только эта статья, но и практически вся деятельность Алексея Максимовича Пешкова после большевистского переворота.

Затем водевиль подходит к концу, но иному, чем в опере Пуччини, ибо и сама, Андреева и три ее любовника – прагматичные люди. Но как ни странно, наименее прагматичным и циничным оказывается именно экспроприатор – Савва Морозов. Что касается остальных, то один «рыжий» любовник (Красин) просит другого «рыжего» (Горького» устроить его на фабрику к этому сентиментальному, и грамотному и богатейшему простофиле. И все получается:

[Красин] – На все это нужны деньги. Так вот, мы решили просить вас: не можете ли вы использовать ваши, кажется, приятельские отношения с Саввой Морозовым? Конечно, наивно просить у капиталиста денег на борьбу против него, но – чем черт не шутит, когда бог спит! Что такое этот Савва?

Внимательно выслушав характеристику Морозова, постукивая пальцами по столу, он спросил:

– Так, значит, попробуете? И даже имеете надежду на успех? Чудесно.

…Деловая беседа фабриканта с профессиональным революционером, разжигавшим классовую вражду, была так же интересна, как и коротка. Вначале Леонид заговорил пространно и в «популярной» форме, но Морозов, взглянув на него острыми глазами, тихо произнес:

– Это я читал, знаю?с. С этим я согласен. Ленин – человек зоркий?с.

И красноречиво посмотрел на свои скверненькие, капризные часы из никеля, они у него всегда отставали или забегали вперед на двенадцать минут.

Беседа приняла веселый характер, особенно оживлен и остроумен был Леонид. Было видно, что он очень нравится Морозову, Савва посмеивался, потирая руки. И неожиданно спросил:

– Вы – какой специальности? Не юрист ведь?

– Электротехник.

– Так?с.

Красин рассказал о своей постройке электростанции в Баку.

– Видел. Значит, это – ваша? А не могли бы вы у меня в Орехове?Зуеве установку освещения посмотреть?

В нескольких словах они договорились съездить в Орехово, и, кажется, с весны 1904 года Красин уже работал там…»[38] 

Так что «ласточка» возвращается к своему «хмырю болотному» – Рамбальдо-Морозову, но с нагрузкой: еще двумя «болотниками»-любовниками и всем «ласточкиным гнездом», вместе с большевистской воровской малиной (боевым крылом партии) и ее «буревестным» посредником. 

Разумеется, Горькому «тогда, в те баснословные года» и в голову прийти не могло, что «неотразимое обаяние» Красина и «его личная значительность» были уже постигнуты его, Горького, любовницей – актрисой Андреевой. Разумеется, и несчастному, одурманенному, заигравшемуся в революцию Савве Морозову ничего подобного в голову прийти не могло!

 

Таким образом, Магда действительно «свирепствует»: свирепствует в любви (с Красиным), в цинизме (с ним и Горьким) и в жестокости (по отношению к Савве). Весьма интересно, что на итальянском языке La rondine) – ласточка, а на французском языке rondin – это бревно, полено. На этом, пожалуй, аналогия с оперой Пуччини заканчивается, и развязка оказывается вовсе не такой благодушной, как в «Ласточке» и даже не такой грустной, как в «Травиате».

Но все тайное рано или поздно становится явным. Случайно Савве стали известны отношения Андреевой с Горьким. Марья Федоровна боялась скандала, однако у Морозова достало сил сдержаться… Конечно, Горький возревновал. А Марья Федоровна в ужасе думала: что, если из?за этой досадной странности Савва решит порвать с ней?! Да ладно, это бы еще полбеды, но что, если он откажется давать деньги партии?!

Страх ее длился два или три дня. Однако улетучился, словно утренний туман, когда она получила письмо от Морозова:

«Друг мой, простите за безумство, за грубость. Вы сами знаете, что стали для меня всем на свете, средоточием Вселенной. Я ради Вас натворил столько глупостей, что сделался посмешищем в кругу своей семьи, да и вся Москва без умолку и очень зло судачит о моих „чудачествах“. Впрочем, сие безразлично даже мне, а уж Вам?то – тем паче. Так и должно быть, ибо я для Вас не значу ничего и даже меньше, чем ничего. Я Вас никогда ни о чем не просил, я с благодарной покорностью принимал те крохи, которые Вам угодно было смести со своего стола в мои жадно простертые ладони, однако умоляю, заклинаю теперь: не унижайте меня! Не добивайте! И ежели каблучки ваших туфель и в самом деле сделаны из обломков разбитых Вами мужских сердец, то мое сердце Вами не просто разбито – оно растоптано. Иногда мне кажется, что я уже не живу, что я уже давно мертв – душа моя мертва, Вы ее убили, а бренное тело еще доживает свою мучительную жизнь. Видимо, настанет день, когда сил у него достанет лишь на то, чтобы поднести к виску дуло да спустить курок. Но Вы можете не сомневаться: Ваше имя упомянуто не будет, в моей смерти я попрошу никого не винить.

Не поймите превратно, я не собираюсь Вас пугать или шантажом добиваться возвращения Вашей благосклонности. Я просто хочу показать Вам, что дошел до предела, до ручки дошел, что и в самом деле нет никакого просвета в череде этих мучительных дней без Вас, без встреч с Вами, которые стали для меня необходимы жизненно, вернее, смертельно…»

Марья Федоровна поняла, что теперь может не только сделать из сердца Горького каблучки, но и беззастенчиво топтать ими сердце Морозова. Она не скрывала этого письма ни от кого. Показала его Горькому, а потом, во время одной из интимных встреч, оно попало в руки Красину. И оба они пришли к выводу, что и сердце Морозова, и сам он по?прежнему в ее власти. Савва Тимофеевич выдержит всё!

Теперь руки у нее были окончательно развязаны, несмотря на то что о ней судачили по Москве. «Вот оно, возмездие за дурное поведение! – веселилась Марья Федоровна в письме сестре. – О?о?о, и как мне было весело и смешно. Весело, что я ушла от всех этих скучных и никому не нужных людей и условностей. И если бы даже я была совершенно одна в будущем, если я перестану быть актрисой – я буду жить так, чтобы быть совершенно свободной! Только теперь я чувствую, как я всю жизнь крепко была связана, и как мне было тесно…»

Репутация пошла к черту. Забота о том, чтобы не ранить близкого, любящего человека, – тоже.[39]

Казалось бы, какое отношение имеет все это к несчастной квартирке № 50, ее хозяйке – Анне Францевне де Фужере, Григорию Яковлевичу Сокольникову? Еще можно согласиться с тем, что вся эта катавасия как-то связана с Василием Степановичем Ласточкиным… Но и что из этого?... И зачем нам бросаться к самым разным ассоциациям: анатомическим, историческим, орнитологическим, мифологическим, криминальным, литературным и филологическим? Мы перечислили далеко не все из них. Но вспомнив о том, что мы работаем так, как работали бы со сновидением, мы надеемся с каждой из этих аплификаций подходить все ближе и ближе к формуле, выведенной в романе Михаилом Афанасьевичем Булгаковым. А насчет того, что такая формула существует, у нас нет никаких сомнений. Так что мы дойдем до окончания этой истории, ибо без него нам не удастся прийти к понимаю того, что случилось через 15 лет, а потом – еще через 15 лет. Поэтому продолжим:

Правда, еще немалое время Морозов продолжал…поддерживать партию: при его поддержке издавалась ленинская «Искра», большевистские газеты «Новая жизнь» в Петербурге и «Борьба» в Москве. Он сам нелегально провозил типографские шрифты, прятал у себя наиболее ценных «товарищей», доставлял запрещенную литературу на… собственную фабрику. Смеху подобно, однако именно в кабинете Морозова конторщик случайно подобрал забытую хозяином «Искру» и быстренько настучал «куда следует». Савву Тимофеевича пригласил на беседу сам генерал?губернатор Москвы, великий князь Сергей Александрович – дядюшка императора. Однако его увещевания не достигли цели. Ведь им противостояла роковая страсть[40]

После событий 1905 года, которые называются «первой русской революцией», Морозов был потрясен. Его отношения с «товарищами постепенно близилось к развязке.

Ну что ж, за что Морозов боролся, на то и напоролся! Он вдруг стал замечать, что те, кому он помогает, кому платит немалые деньги (их он передавал Дмитрию Ульянову на квартире Андреевой ежемесячно), пишут в своей «Искре» заведомую ложь о положении рабочих на предприятиях Морозова: якобы люди там голодают и мрут от непосильного труда. Вдобавок ко всему орехово?зуевские рабочие начали забастовку. Не сами по себе, конечно: поработали тут и «джентльмен» Красин, и «человек с глазами убийцы» Бауман, и иже с ними.

Коварство и ложь бывших «товарищей» поразили Морозова. Он наконец?то посмотрел в лицо правде: любимая женщина лгала ему и вытягивала из него деньги. Друг?писатель, актеры, большевики – все хотели одного и того же. Проклятых денег![41]

И тогда события стали развиваться гораздо более динамично:

 Тогда, уже в апреле, к нему прилетел Буревестник – в качестве финансового агента Красина. Состоялся «пристрастный разговор, закончившийся ссорой» (по отзывам домашних Морозова). Судя по тональности этого разговора, Савва Тимофеевич одолел те мучительные колебания, которые разрывали его душу, и высказал наконец всю правду Горькому и о нем, и об Андреевой. Стыдливый Горький, который совершенно спокойно переносил, что женщина, с которой он спал по любви, спала с Морозовым по финансовой надобности: то есть проституировала ради победы социализма в одной, отдельно взятой стране, – чуть не умер, услышав, как ранее безропотный Морозов называет вещи своими именами…

Да, это был шок. Буревестник, слабо перебирая крыльями, воротился в гнездо. У Марьи Федоровны тоже едва удар не случился. Самое ужасное, что отзыв Морозова поразительно совпал с общественным мнением: Горького уже давно называли сутенером Андреевой…[42]

Но как может отдельно взятый порядочный человек, пусть даже очень богатый, одолеть российскую уголовщину, которая называла себя «партией большевиков»?..

Незадолго до ссоры с товарищами во время болезни (аппендицита) Марии Федоровны произошло событие, которое фактически определило судьбу Саввы Тимофеевича, а точнее говоря, его близкий конец.

Она очень боялась умереть. Пытаясь ее ободрить, Морозов однажды брякнул:

– А вот увидите, что я раньше вас умру!

– Не надо, – совсем уж перепугалась Марья Федоровна, – что я буду без вас делать? Больная, слабая, нищая, никому не нужная… Со Станиславским рассорилась, из театра ушла…

Она и в самом деле оставила Художественный театр, потому что Станиславский и Немирович?Данченко все более предпочитали ей Ольгу Леонардовну Книппер?Чехову. Конечно, если бы Андреева была уверена в силе своего таланта, она бы ни за что не покинула сцену. Однако она чувствовала, что рядом с такой соперницей откровенно проигрывает. Поэтому предпочла разорвать контракт и уйти, что называется, в свободное плавание, тем более что Морозов в качестве утешения пообещал ей денег на организацию нового театра – ее собственного. Об этом Марья Федоровна сейчас и забеспокоилась, когда ее верный поклонник вдруг намекнул на возможность своей смерти.

В самом деле – он умрет (на здоровье, его дело!), а как же денежки?!

И тут Морозов показал ей страховой полис. Он застраховал свою жизнь на сто тысяч рублей и завещал этот полис обожаемой женщине. Теперь Андреева могла быть уверена: в случае чего она останется не просто обеспеченной – богатой женщиной.

Если бы Савва Тимофеевич знал, что подписал себе в ту минуту смертный приговор…[43]

Фактически разорвав отношения с большевистской уголовщиной, Савва Тимофеевич постепенно стал понимать, что просто так они его не отпустят:

В отместку за испытанное потрясение Горький и Андреева кинулись разносить по Москве сплетни о том, что миллионщик Морозов спятил. «Вот ведь какой дуб с корнем выворачивать начинает – Савву Тимофеевича!» – с фальшивым сочувствием пишет Марья Федоровна сестре.

А у Саввы Тимофеевича и в самом деле случился нервный срыв, который для его семьи стал последней каплей. Родственники и друзья, которые давно – и с вполне объяснимым ужасом – наблюдали за поведением Саввы, сочли необходимым проконсультировать его у психиатров и невропатологов, которые единогласно приговорили миллионера к временному уходу от дел, отдыху от общественной жизни.[44]

 

Финал трагедии не заставил себя долго ждать:

Так или иначе, Морозов промолчал и уехал из Виши в Канны… Красин отправился вслед за Морозовым. Явился в «Руайяль?отель», дождавшись, когда Зинаида Григорьевна [жена Морозова – В. М.] отлучилась. «Никитич» вошел. Его ледяной ум уже просчитал два варианта развития событий: благоприятный и неблагоприятный. Впрочем, к последнему варианту он был готов еще с того февральского скандала с Морозовым в Москве. Именно тогда он навестил Марью Федоровну и забрал у нее – на всякий случай – то приснопамятное письмо с роковыми словами, за которые он сразу зацепился взглядом: «в смерти моей я попрошу не винить никого».

Так вышло, что они были написаны на отдельном листке. Правда, с маленькой буквы, но это Красин счел чепухой. Строки, следующие за этими словами, он оторвал.

Надо отдать ему должное: сначала он потратил не меньше десяти минут, пытаясь вновь обратить взбунтовавшегося Морозова в свою большевистскую веру.

Бессмысленно. Более того: Морозов выхватил «браунинг» и пригрозил Красину, что убьет его, если тот не уйдет.

Красин только плечами пожал: ему ли, руководителю боевых групп, профессиональному террористу и убийце, бояться какого?то разбушевавшегося дилетанта!

Он толкнул Морозова на диван, в мгновение ока выхватил из внутреннего кармана свой собственный «браунинг» – и прострелил Савве Тимофеевичу голову. Затем схватил его упавший «браунинг», проверил магазин – полон, выстрелил из него в раскрытое окно, чтобы недоставало одной пули, положил на пол, рядом бросил знаменитую записку – и ловко выскочил в парк: как раз в ту минуту, когда испуганная Зинаида Григорьевна начала биться в дверь. Она успела увидеть только его удаляющуюся фигуру: Красин был в отличной спортивной форме и не беспокоился, что его кто?то может догнать. Тем более полицейские Канн...[45]

Дальше болотникам осталось только изъять деньги:

В русской полиции… предпочли принять версию самоубийства. Бывший премьер?министр Витте уверял в своих мемуарах, что Савва Тимофеевич покончил с собой, потому что не выдержал давления большевиков.

Однако Марья Федоровна Морозова, мать Саввы Тимофеевича, была убеждена, что ее сын убит, иначе она, «адамант старой веры», ни за что не допустила бы, чтобы его похоронили по церковному обряду, да еще в святом для семьи месте.

Кстати сказать, существует донесение графа Шувалова Департаменту полиции, и в том донесении упомянут «один из московских революционеров», а также «революционеры из Женевы, шантажировавшие покойного, который к тому же в это время был психически расстроен. Под влиянием таких условий и угроз Морозов застрелился. Меры по выяснению лица, выезжавшего из Москвы в Канны для посещения Морозова, приняты».

Увы, мер было принято недостаточно, и означенное лицо, то есть Красин, вышло сухим из воды – чтобы спустя некоторое время вместе с Андреевой предъявить к оплате известный полис Морозова.[46]

Несмотря на робкие попытки отстоять свои собственные деньги, семье Морозова не удалось это сделать.

Зинаида Григорьевна, законная наследница мужа, пыталась опротестовать полис, однако это оказалось бессмысленно. Поэтому через год после трагедии в «Руайяль?отеле» Андреева писала адвокату П.Н. Малянтовичу:

«Покорнейше прошу выдать полученные по страховому полису покойного Саввы Тимофеевича Морозова сто тысяч рублей для передачи Леониду Борисовичу Красину».

В Москве история с полисом вызвала чудовищный резонанс. Сплетни поползли такие, что даже Андреева, которая всегда плевала на всех, принялась опасаться за свою репутацию. Ей было фактически отказано от очень многих домов. Ходили слухи, будто она обчистила Зинаиду Григорьевну на три миллиона. Ну не станешь же справку предъявлять, что, во?первых, полис был всего лишь на сто тысяч, а во?вторых, самой Марье Федоровне из этих денег досталось только тринадцать тысяч, и те пошли сестре, у которой жили дети Андреевой – совершенно ею заброшенные… Остальные деньги были распределены так: тысяча адвокату Малянтовичу, долг некоему К.П. – 15 тысяч, 60 тысяч – Красину, то есть партии. О судьбе одиннадцати тысяч история умалчивает, но должно же было достаться что?то и самой Марье Федоровне, которая трудилась как пчелка, чтобы раздобыть деньги для партии – вернее, для Ленина, который в это время жил в Швейцарии и которому Красин отвез последние тысячи несчастного Морозова, как раньше отвозил миллионы…[47]

Но это еще не все. Банде «товарищей» предстояла еще одна операция по изъятию еще одной немалой суммы у многострадальной семьи Морзовых.

После этого Горький счел за благо не возвращаться в Россию и отправился прямо в Италию, на остров Капри. Вместе с ним поехала и Андреева.

Там, на Капри, она не только обеспечивала бытовые удобства Алексею Максимовичу, писавшему роман «Мать» и прочую классику соцреализма. В качестве консультанта она принимала участие в еще одной финансовой авантюре  своего тайного любовника Красина.[48]

Дело заключалось в следующем:

Племянник Саввы Тимофеевича, Николай Павлович Шмидт, был владельцем большой мебельной фабрики. Он, к сожалению, поддался влиянию дядюшки и тоже финансировал большевиков. Но пошел дальше Саввы: вступил в РСДРП. Это был совершенный сумасшедший: он поднял на восстание рабочих собственной фабрики! За что и попал в тюрьму. И это отрезвило его. А еще больше отрезвила загадочная смерть Саввы Тимофеевича. Николай затосковал, вспомнив о том, какую жизнь мог бы вести на свободе… со своими?то миллионами… И когда к нему пришел купленный большевиками адвокат, Николай (взыграла морозовская кровь!) послал его туда, откуда нет возврата. Однако вскоре после этого Шмидт при весьма странных обстоятельствах покончил с собой в тюремной камере. Увы, Морозовым, которые пытались прикрыть кормушку для большевиков, очень быстро наставал конец. Причем их убийцы не затрудняли себя разработкой новых сценариев: «самоубийство» – это надежно!

В отличие от Саввы Тимофеевича Морозова, после смерти которого партия смогла поиметь только сто тысяч (а фактически всего лишь шестьдесят), смерть его племянника сулила куда более блестящий куш. Тут уж в самом деле речь шла о миллионах, которые, как не раз во всеуслышание заявлял Шмидт, завещаны им партии. Однако после его смерти оказалось, что он если и намеревался что?то завещать товарищам по оружию, то забыл это сделать. Официального распоряжения, как поступить с миллионами, не осталось, и их должны были унаследовать брат и две сестры Николая. [49]

А дальше – внимание! Появляется новое лицо, особа «приближенная к Бриллианту»:

К Шмидту?младшему явились лично Ленин с товарищем Таратутой – молодым и наглым секретарем Московского комитета РСДРП. По натуре своей двадцатичетырехлетний Виктор Таратута был наемным убийцей, воспитанником (правильней будет сказать – детищем) все того же Красина. Таратута, обаятельно, в точности как его учитель, улыбаясь, сказал Шмидту?младшему:

– Кто будет задерживать деньги, того мы устраним.

Брат Николая понял намек с полуслова и отказался от своей доли наследства в пользу сестер. У него были и свои миллионы, ему и так хватало, а жизнь дороже.[50]

Нет, мы не совсем согласны, что «детищем» будет правильней, ибо, как мы уже расшифровали, согласно одному из его псевдонимов (Николаев), Красин был убийцей-учителем. Дело происходило уже в 1910 году. Вот свидетельство очевидца того, как происходила встреча большевистских главарей уголовников с Шмидтом и его адвокатами:

Об этом  рассказал С. П. Шестернин,  старый социал-демократ  из Иваново-Вознесенска,  который не  играл  активной  роли  в большевистском движении,   но  был использован БЦ как человек,  занимавший солидное общественное положение, для получения наследства Шмита и вывоза  его за границу. В своих  воспоминаниях «Реализация наследства после Н. П. Шмита и мои встречи с Лениным» он рассказывает, между прочим, о первой встрече представителей  БЦ (Ленин, Красин, Таратута) с юным братом  Шмита  и его адвокатами. Встреча эта состоялась в Выборге весною 1907 г. Разговор шел вполне нормальным порядком,  стороны выясняли положение вопроса. Внезапно Таратута  вскочил  и  «резким  металлическим  голосом»  заявил:  «Кто  будет задерживать деньги, того мы устраним». Ленин поспешно «дернул Таратуту за рукав», а среди питерских адвокатов, сопровождавших молодого Шмита «произошло какое-то замешательство». Это была, наивно прибавляет Шестернин, «единственная  шероховатость» во  всех  переговорах,  но  именно  она делает понятным, почему через несколько дней адвокаты  сообщили, что Шмит-брат от своих прав на наследство отказывается, передавая эти права двум юным сестрам Шмита.[51]

Адвокаты Шмидта ехали на переговоры, не понимая, что им «забили стрелку». Дело в том, что Григорий Яковлевич Сокольников уже довольно давно хорошо знает Виктора Таратуту: с первого курса Московского университета, по крайней мере, с 1905 года, когда он вступил в РСДРП, а то и раньше:

…студент-первокурсник Московского университета Григорий Бриллиант водит знакомство с талантливым уголовником Виктором Таратутой [Вильямовым], причастным к делам знаменитого Большевистского центра, который владел партийной кассой и руководил грабежами.[52]

Рис. 10. Виктор Константинович Таратута

А вот его краткая биография, взятая из БСЭ:

Таратута Виктор Константинович (апрель 1881, Елизаветград, ныне Кировоград, — 13.5.1926), деятель революционного движения в России. Член Коммунистической партии с 1898. Из мещан. Рабочий. Вёл партийную работу в Елизаветграде, Одессе. Неоднократно подвергался арестам и ссылкам. Был членом комитетов РСДРП в Екатеринославе (1901), Николаеве (1902), Батуми и Баку в 1904—05. Участник Декабрьского вооружённого восстания 1905 в Москве. В 1906—07 секретарь Московского комитета и Московской области бюро РСДРП. Делегат 4-го (1906), 5-го (1907) съездов партии, на 5-м съезде избран кандидатом в члены ЦК РСДРП и введён в состав Большевистского центра. Делегат 5-й (общероссийской) конференции РСДРП (1908). Участник Совещания расширенной редакции «Пролетария» (1909). С 1909 в эмиграции, работал в большевистских фракциях РСДРП, с 1917 член Французской социалистической партии и член редакции её газеты «Попюлер». С 1919 в Москве на ответственной хозяйственной и финансовой работе…

Дальше – ни слова. Но, когда придет время, мы «отыщем след Тарасов». А пока – ознакомимся с аферами этого Красинского выкормыша – наемного убийцы и, скажем аккуратно, очень-очень хорошего знакомого Гирша Бриллианта, который, отсидев в тюрьме и отбыв в сибирской ссылке, в 1909 г. прямым ходом отправился в Париж, и в 1910 году уже учился в Сорбонне на юридическом факультете, потом в докторантуре Сорбонны по экономике. Закончил ее в 1914 году. При этом ничего не говорится о его связях с большевистским криминалом, с которым он познакомился еще в 1905 году, о его связи с теми грабежами, которыми занимается Ленин, Красин и Таратута, не забывая, конечно и о «товарище Феномене» с ее сутенером Буревестником. Мы лишь знаем, что здесь он впервые увидел Эйфелеву башню, Ленина, Крупскую, Плеханова и Троцкого[53]. Кого он увидел не впервые и чем с ними занимался, история умалчивает. Нам известно лишь то, что в ближайшем будущем именно Сокольников поедет с Лениным в пломбированном вагоне через Германию в Россию. И что именно Сокольников подписал столь нужный Ленину (да и ему самому!) пагубный и позорный Брестский мир. Надо понимать, товарищ Сокольников стал таким приближенным к пахану и общаку не просто так, а за вполне определенные заслуги, играя у бандитов, как минимум, роль мозгового центра, но скорее всего, эта роль была гораздо важнее…

Посмотрим, чем же бандиты (несомненно, при участии Сокольникова – не смотрел же он в это время на Эйфелеву башню) занимались дальше:

Екатерина и Елизавета Шмидт были барышни, сугубо далекие от политики и незамужние. Деньги уплывали из рук большевиков, однако Марья Федоровна, к которой в это время прибыли на Капри Ленин и Красин для срочного военного совета, нашла выход. Такой, до которого, ей?богу, могла в создавшейся ситуации додуматься только женщина: она предложила подослать к девицам двух обольстительных красавцев, преданных партии. Красавцам предстояло пожертвовать собой и жениться на довольно унылой и не слишком приглядной старой деве Екатерине и весьма страшненькой несовершеннолетней Елизавете. По закону над имуществом жен получали опеку мужья.

Мы говорим – «мужья», подразумеваем – «партия»…

Насколько острым ребром стоял перед большевиками вопрос о судьбах девиц Шмидт, видно из письма Красина, направленного боевой подруге Андреевой по поводу одной из сестер:

«…Между прочим, оказывается, что паи Морозова стоят не полторы тысячи, а свыше пяти, и, следовательно, передаваемая нам Елизаветой Павловной часть наследства составляет полтора миллиона. Вопрос о выдаче ее замуж получает сейчас особую важность и остроту, – писал элегантный «Никитич». – Необходимо спешно реализовать ее долю наследства, а это можно сделать только путем замужества, назначения мужа опекуном и выдачи им доверенности тому же Малянтовичу (прикормленный большевиками адвокат, который помог им добиться наследства Шмидта). Было бы прямым преступлением потерять для партии такое исключительное по размерам состояние из?за того, что мы не нашли жениха.[54]

Дело в том, что мы, конечно, не знаем всей этой уголовной сети, в которую была вовлечена семья Морозовых, и, безусловно, начало здесь принадлежит Марии Федоровне Андреевой. В дальнейшем, когда запахло шмидтовскими миллионами, Ильич, безусловно задействует все свои криминальные кадры (оставляя Сокольникова за кадром). Однако здесь самое время вспомнить несколько деталей, открытых нами как бы случайно, не казавшихся тогда важными и не имеющих никакого отношения к политике. Обе относятся к персонажу Ласточкину, точнее, к ласточке, а еще точнее – к «ласточкиному хвосту» – бабочке махаону, которую называют кавалером. Первая: да, конечно, «отпетыми «coche-nille-ными» кавалерами» были Красин, Таратута (об этом мы скажем чуть ниже) и иже с ними, но «Сокольников-Ласточкин» оставил здесь свой «ласточкин хвост», который, скорее всего, невозможно подтвердить никакими научными документами и доказательствами. Есть лишь иносказание, психоанализ и прямые ассоциации. Вторая: вспомним о том, что в «троянском» выражении «os ilium» слово «os» означает в том числе «рот, клюв, пасть». Что касается «клюва», мало того, что оно указывает на «ласточкин» рот; на французский язык это слово переводится как «bec» (напомним, девичья фамилия Галины Серебряковой, последней жены Сокольникова была Бык-Бек). Само же слово «рот», как известно, на немецкий язык переводится как «красный, рыжий» – то есть имеет прямую ассоциацию с Руджеро-Красиным. Относительно клюва и рта есть и другие «яркие» ассоциации, но всему свое время. Так что созданное Булгаковым имя «Анна Францевна де Фужере» продолжает работать.

После непродолжительного конкурса красоты из числа воспитанников Леонида Борисовича Красина были отобраны два боевика для выполнения ударной половой задачи (в связи с этим боевиков, наверное, правильнее будет назвать «половиками»). Одним стал ослепительный блондин Виктор Лозинский, другим – не менее ослепительный брюнет Николай Андриканис.

Сестра Марии Андреевны, остававшаяся в России, провела сбор разведданных и выяснила, что Екатерина Шмидт предпочитает черненьких, а Елизавета – беленьких. Соответственно распределили и «половиков». На запасных путях поставили наглого Таратуту, который был шатеном, но соглашался – ради победы мировой революции! – даже перекраситься в светлый или темный цвет, смотря по надобности

Наконец всесторонне натасканные «половики» отбыли в Россию. И результаты работы Красина и Андреевой не замедлили сказаться: обе барышни были сражены наповал маневрами «черненького» и «беленького» и охотно отдали им руки, сердца, девственность – и вожделенные капиталы Николая Шмидта.

Клан Морозовых испытал очередное потрясение…

Однако большевикам еще рано было торжествовать. «Половик» Андриканис, который впервые в жизни заполучил какие?никакие карманные деньги (ничего себе – никакие!), вдруг решил их партии не отдавать. «Половик» Лозинский, который тупо выполнил приказ, теперь втихомолку рвал на себе волосы: ну и дурак же он был! Почему не смылся вместе с денежками куда?нибудь в заморские страны, а – вот кретин! – перевел их в «Crе?dit Lyonnais», на личный счет Ульянова?Ленина?

По поводу отступника Андриканиса состоялся суд чести, но Николай не сдавался. Наглый шатен Таратута пригрозил, что к нему подошлют кавказских боевиков из группы Камо, вернее, Симона Тер?Петросяна – самого «отвязного» из террористов. С этим безумцем шутки были плохи…[55]

Мы приближаемся к концу этой истории с «Морозовскими миллионами»:

Лозинский вздохнул чуточку легче, когда Николай Андриканис все же оказался слаб в коленках и расстался с деньгами. А Лозинского сам Ленин охарактеризовал потом как «человека незаменимого», который «ни перед чем не остановится».

Виктор настолько сумел влюбить в себя жену, что обеспечил нужные ее показания в пользу ленинского ЦК на судебном процессе, который пришлось выдержать партии при отстаивании наследства сестер Шмидт от меньшевиков. Процесс был выигран. Так что часть морозовских миллионов все же попала в «техническое бюро ЦК», то есть все тому же Красину…[56]

6. Недетский Брестский мир

Всю эту историю, как выяснится потом, с нашей точки зрения, очень важную для понимания романа «Мастер и Маргарита», мы рассказали, чтобы избежать возможных «почему?». Разумеется, многие из них остались, и в большевистских документах обязательно можно найти какие-то штрихи к тому, чем занимался в это время Бриллиант за границей. О том, что он зарекомендовал себя в этой банде «с самой лучшей стороны» мы можем судить по той, совсем не идейной связи, а связи, скрепленной кровью и большими деньгами. О таких связях догадываются все, но знают немногие. И, как мы увидим дальше, практически все эти уголовники быстро заняли при Ленине посты, связанные с финансами, банками и «иностранными делами», точнее торговлей с внешним миром. Подписание губительного Брестского мира Сокольниковым укрепило его авторитет и доверие и в глазах Ленина, и в глазах иностранцев, которым они уже немало «отстегнули». Многим тогда стало ясно, что такие люди за власть готовы поступиться всем и продать все. Но Ленин слишком быстро умер, и этого не получилось. В большевистскую «coche-nille» стали внедрятся другие уголовники. Но это будет потом, а пока мы перейдем к дальнейшему исследованию темы покойного ювелира и его вдовы, хозяйки квартиры Анны Францевны де Фужере. В переводе с французского (на что недвусмысленно указывает отчество хозяйки), слово fougère означает 1) папоротник 2) фужер (бокал на высокой ножке преимущественно для воды; 3) Фужер (город во Франции). Расшифровку этого имени начнем с конца – так будет проще.

Слово «фужер» во Франции названием одноименного города Фужер (Fougeres) в департаменте на западе Франции Иль и Вилен (фр. Ille-et-Vilaine, брет. Il-ha-Gwilen), который является одним из департаментов региона Бретань. Его название происходит от рек Иль и Вилен.[57] Поэтому «де Фужере» дословно означает «из Фужера» (или из фужера). 

В таком случае мы пришли к омографам – созвучным словам, имеющим разный смысл. «Иль» (il) созвучное (ille – слово не несет в себе никакого смысла) по-французски «он». «Вилен» (в переводе с французского «vilain» – дрянь; гнусный, нехороший, мерзкий человек, скряга). Для нас это слово, несомненно, обозначает В. И. Ленин в сокращении.

Уже здесь появляется простор для исследования. Чтобы это осознать, нужно из истории революции вспомнить те ключевые для России события, в которых Ленин и Сокольников участвовали вместе, причем зачастую наперекор всем остальным, даже большевикам, даже большинству большевиков. И тогда мы без труда найдем это ключевое историческое событие, причем в самом начале истории коммунистической России. Речь идет о подписании Брестского мира – позорного и невыгодного для Российского государства, но очень нужного и выгодного тем, кто хотел взять в нем власть.

9 января 1918 года ЦК РКП(б) избрал бюро ЦК для работы в новой столице: Свердлов, Ленин, Сокольников, Сталин и Троцкий. Перед Григорием Яковлевичем открылись блестящие перспективы. Среди пятерки вождей он был самым младшим. После отказа Льва Троцкого от руководства делегацией в Брест-Литовске, сменил его на этом посту и 3 марта 1918 г. подписал Брестский мир от имени большевиков (Советской России). По этой причине его, как мальчишку посылают за бутылкой, отправили подписывать Брестский мир. [58]

Есть и такое мнение – «как мальчишку за бутылкой». Но есть и другое, если посмотреть на те посты, которые заняли известные нам «болотники» после революции. В 1922 году Сокольников стал заместителем народного комиссара финансов (при отсутствующем в Германии наркоме) и на этом посту оставался вплоть до 1926 года. Почему? – На этот вопрос мы постараемся дать ответ во второй части нашей статьи.

Гриша Бриллиант вошел в историю, но как-то неудачно – в эмигрантских газетах писали о равнодушном еврее, подписавшем похабный мир, но почему-то в заметках фигурировал большевик Лев Карахан. Видимо, по ошибке.[59]

И здесь у нас другое мнение. По известным причинам Сокольникову дальше нужно было уйти в тень. Он подписал этот «грабительский» мир и ушел в тень. Зачем? Наверное, чтобы продолжать грабить дальше.

Согласно условиям Брестского мира:

1) От России отторгались Польша, Украина, Белоруссия, Прибалтика и Финляндия. 2) На Кавказе: Карс, Ардаган и Батум.

3) Советское правительство прекращало войну Украинской народной республикой и заключало с ней мир.

4) Армия и флот демобилизовывались.

5) выводился из своих баз в Финляндии и Прибалтике.

6) Черноморский флот со всей инфрастуктурой передавался Центральным державам.

7) Россия выплачивала 6 миллиардов марок репараций плюс уплата убытков, понесенных Германией в ходе революции — 500 млн. золотых рублей.

8) Советское правительство обязывалось прекратить революционную пропаганду в Центральных державах и союзных им государствах, образованных на территории Российской империи.[60]

Караха?н Лев Миха?йлович (Караханян, 1889 –1937) – революционер, советский дипломат. С ноября 1917 секретарь советской делегации на мирных переговорах в Брест-Литовске.[61] Вообще под угрозой своей отставки Ленин уговорил ЦК большевиков заключить мир на условиях немцев. 28 февраля в Брест прибыла новая советская делегация. В нее вошли Г.Я. Сокольников (председатель), Г.В. Чичерин, Л.М. Карахан (секретарь), Г.И. Петровский. Брестский мир подписал Сокольников как председатель делегации.

На наш взгляд, именно отсюда начинается фантазия Сокольникова «Иль и Вилен». Во-первых, он воплотил в жизнь, то в чем так упорствовал Ленин в борьбе за власть. А если посмотреть на «пятерку» вождей, в которой он был самым младшим, то Троцкий пошел на конфликт с Лениным, не подписав Брестский мир, Свердлов к тому времени думал о том, как освободиться от Ленина и его бандитов. В результате через год освободились от него самого. К сожалению, эта история пока выходит за рамки исследования романа. Оставался Сталин… И вот здесь Григорий Яковлевич промахнулся, поставив на Ленина и впоследствии фактически пойдя на прямую конфронтацию со Сталиным. Едва только Сокольников упорядочил механизм советских финансов, как внезапно выяснилось, что он своим жлобством мешает победоносному шествию советской экономики… Товарищу Сталину на экономические воззрения Сокольникова было, по большому счету, наплевать. Но безрассудный нарком в декабре 1925-го посягнул на святое: взгромоздясь на трибуну ХIV съезда партии, он стал ссылаться на Ленина и выразил сомнение в том, «нужен ли вообще пост генсека».[62] С тех пор путь на самый верх для Сокольникова был закрыт навсегда.

С одной стороны, такая версия не лишена логики. Но по нашему мнению, Сокольников был связан с Лениным кровью и большими деньгами, и сойди он с «правильного пути», его бы скоро не досчитались. Григорий Яковлевич слишком хорошо знал и Красина, и Камо, и Таратуту, так что иллюзий у него не было. А Сталин… Пока от него могла исходить лишь абстрактная угроза, по сравнению с такими-то отпетыми бандитами. Так что Григорий Яковлевич не «промахнулся», а продолжал дружить с «правильными пацанами».

Поэтому речь идет не о том, что Сокольников не на того поставил; у него просто уже не было выбора. Именно на это указывает нам французский департамент «Иль и Вилен». Видимо, на это указывает нам и фамилия де Фужере в романе «Мастер и Маргарита». Однако, на наш взгляд, не только на это.

7. Большевистская троица: серп и два молота

Интересно посмотреть на еще один альянс (на этот раз на уровне знаков и символов), в котором участвует фамилия Сокольников. Для этого нам нужно немного побольше узнать о птице-соколе.

Со?колы (лат. Falco) – род хищных птиц семейства соколиных, широко распространённых в мире. Научное название Falco является производным от латинского слова «falx» («серп») и подчёркивает серпообразную форму крыльев в полёте. Соколы оставили богатое наследие во многих мировых культурах, в том числе и у народов России.[63]

Сокольников, несомненно, знал, что его псевдоним, хоть и не относится к «сталинскому соколу», зато означает серп. В русской геральдике серп до 1917 года встречался в гербах многих городов. Это было наиболее массовое общекрестьянское орудие труда, символизировавшее жатву, урожай.[64]

Как известно, в российском революционном движении и в особенности в сфере постреволюционной сталинской бюрократии был хорошо известный человек, который взял себе псевдоним «Молотов». Звали его Вячеслав Михайлович Скрябин (еще один однофамилец известного композитора), который в 1915 году решил взять себе партийный псевдоним «Молотов». Надо сказать, что на тот момент такой же псевдоним (Александр Молотов) имел другой партийный деятель – Александр Львович Парвус. На самом деле фамилия Парвус (лат. Parvus – маленький), как и Александр Москович, тоже была псевдонимом этого революционного деятеля – его настоящее имя и фамилия – Изра?иль Ла?заревич Ге?льфанд.[65] Так что, как мы видим, конкуренция у властных революционных махинаторов-бюрократов началась давно и проявлялась даже в выборе псевдонимов.

Рис. 11. Пустельга (семейство соколиные)

Начиная со средних веков, молот, постепенно становится общей, наиболее применимой для разных видов ремесла эмблемой. Многие технические эмблемы содержат либо два перекрещенных молотка, либо вместе с молотком изображалось другое ремесленное орудие – гаечный ключ, топор, кирка и т. д.

Пролетарские организации Западной Европы начиная со второй половины XIX века, избирают молот своим классовым символом. Накануне первой русской революции молот, как символ рабочего класса, становится общепринятым понятием в рядах русского революционного движения. В принципе, это хорошо понятно, ибо в переводе на латынь молот – это marcus, что соответствует римскому имени Марк и немецкому слову Marks, что означает «1) костный мозг, спинной мозг; внутренняя ткань 2) сердцевина, стержень 3) сердцевина 4) самая сущность, глубина, основа; основное, самое главное, самое ценное». Разумеется, что для русского революционера «самым ценным» является имя Карла Маркса, как ни крути, основоположника – причем, во всех отношениях. Правда на блатном жаргоне «молотить» означает «воpовать, гpабить и избивать», а «молотнуть» – и вовсе «убить». Разумеется, картина становится гораздо полнее, но при этом ничуть не противоречит определению молота с классовых позиций, то есть с позиции экспроприации экспроприаторов.

Серп изображался всегда наложенным на молот. Это означает, что молот предшествует как геральдический знак серпу, и старше его по значению в гербе. Но читается вся эмблема в том порядке, как её видит зритель: вначале называется серп, а затем молот.[66]

Рис. 12. Серп и молот, как они были изображены на флаге Советского Союза

Серпа в блатном жаргоне не было. Зато на французском языке слово faux наряду со значением «серп, коса», имеет значения «1) ложный, обманчивый; 2) лживый; 3) поддельный, фальшивый». Это хорошо знать не только для общего развития, но и для того, чтобы лучше понимать, что Гирш Яковлевич Бриллиант, который выбрал себе псевдоним «Сокольников», имеющий прямую ассоциацию с серпом, входившим в обозначение герба Советского Союза, и который закончил французскую Сорбонну, не мог не понимать значений своего псевдонима. Таким образом, попросту говоря, кто-то из этой ленинско-сталинской братии грабит, ворует и избивает, а кто-то лжет, обманывает и производит подделки и фальшь. Кто-то занимается махинациями, а кто-то является «coche-nille-ным» Геббельсом. Действительно, ведь для широких трудящихся масс нужно использовать разные виды «штукатурки». Но пропаганда никогда не была любимым коньком Сокольникова. Он всегда любил оставаться в тени.

Рис. 13. Рабочий и колхозница. В.И. Мухина (1937).

 

Эмблема «серп и молот» была установлена правительственным решением в конце марта – начале апреля 1918 года и утверждена V съездом Советов 10 июля 1918 года. Впервые изображена на государственной печати Совнаркома РСФСР 26 июля 1918 года.

Серп и молот были так называемым малым гербом СССР, применявшемся до середины 1930-х годов, в период действия конституций 1918 и 1924 года. В то время встречалось и раздельное, симметричное изображение серпа и молота.

Вместе с красной звездой серп и молот появились на флаге СССР в 1923 году, а в 1924 символ был прописан в конституции. Серп и молот помещался также на флагах и гербах советских республик.[67]

Юнгианцам было бы интересно обратить внимание, что на скульптуре Мухиной «Рабочий и колхозница», созданной в 1937 году, – как раз в этом году арестовали Сокольникова – серп держит в руках именно колхозница. В самом деле, не молот же ей держать?! Тем более, что до 1924 года, то есть до смерти Парвуса, в «coche-nille-ном» революционном бюрократически-коммунистическом движении их было целых два. Потом остался один и к тому же уцелел. Тем не менее, этот факт стоит запомнить и забыв обо всех психоаналитических штампах, вроде «кастрирующей матери», подумать о том, чем отличается женщина с серпом в руке (к тому же, когда рядом с ней находится дюжий мужчина с молотом), от женщины с косой – широко распространенного образа смерти. А после этого можно подумать и о том, насколько эти символы воплотились в жизнь в образе конкретных людей: Григория Яковлевича Сокольникова и Вячеслава Михайловича Молотова, не забывая, конечно, и о «малыше» ­– Изра?иле Ла?заревиче Ге?льфанде.

ласточка (греч.) – chelidon, а chelidonium (лат.) – чистотел. Про чистотел следует сказать особо:

Чистоте?л большо?й (лат. Chelidónium május) — многолетнее травянистое растение семейства Маковые. Латинское название растения переводится как ласточкина трава, так как ещё древние греки заметили, что чистотел расцветает с прилётом ласточек и вянет с их отлётом. За склонность селиться подле тына (забора, частокола) чистотел в русских говорах прозван подтынником

Сок чистотела в народной медицине применяется для удаления бородавок, сухих мозолей, папиллом и некоторых других кожных образований, чем растение и заслужило своё название. На основе сока делают лекарственные препараты с теми же свойствами.

Растение ядовито. На пастбищах чистотел скотом не поедается: вызывает отравление, сильное воспаление желудка и кишечника. Свиньи, например, съев чистотел, не только теряют силы, но и заметно глохнут. Безвреден чистотел только для пятнистых оленей. Но в переводе с иврита имя «Гирш» как раз означает «олень». [68]

Рис. 14. Чистотел большой. Ботаническая иллюстрация из справочника Köhler's Medizinal-Pflanzen, 1887

Булгаков какое-то время занимался лечением кожных болезней: в 1918 году Киеве он открыл венерологический кабинет, где ассистировала ему его первая жена – Татьяна Лапп. Правда, на прием шли солдаты и всякая голытьба, богатые люди редко болели этими болезнями.[69]

Так что «чистотел», как и «ласточка», служит превосходной метафорой как сугубо личной жизни, так и «общественно-болотной» деятельности Григория Сокольникова. С одной стороны, в пользу «чистотела» говорит, например, следующее: 

…личность Григория Яковлевича была, несомненно, незаурядной. Остроумный полемист, прекрасный оратор, блистательный лектор, он намеренно сохранял дистанцию в общении с людьми. Он мог производить впечатление человека надменного, гордого, чопорного, с большим самомнением, но при этом неизменно вызывал к себе почтительное уважение, и никто не мог не оценить его поразительно обширных знаний и таланта государственного мужа. Он не любил праздности и пустословия, обожал классическую музыку и даже сам неплохо играл на рояле, увлекался живописью, театром, был страстным библиофилом, играл в шахматы и теннис, С юности был в приятельских отношениях с Борисом Пастернаком. В его гостеприимной квартире не раз останавливался Дмитрий Шостакович, охотно приходили по первому зову самые крупные знаменитости - поэты, писатели, скульпторы, композиторы и музыканты, великие актеры и режиссеры, известные военачальники.[70]

Кроме того, в пользу чистотела и проч. есть и другие аргументы, которые мы подробнее рассмотрим во второй части этой статьи.

Но после смерти Свердлова что-то постепенно, а что-то резко меняется. Интересно посмотреть, что же произошло с группой большевистских уголовников-вымогателей после того, как «умерли Свердлова»[71] и вся власть перешла к Ленину. 

Началось с того, что в 1921 году Ленин выдавил Горького из страны, причем сделал это всерьез и надолго. Это случилось так:

В 1921 году Горький в своих «Несвоевременных мыслях» обвинил Ленина в неоправданной жестокости по отношению к народу. Готовилась высылка за границу интеллигенции. Но авторитет Горького, его заслуги перед партией не позволяли обойтись с ним, как с другими писателями.

В архивах Ленина сохранилось немало записок, в которых выражается забота о здоровье Горького, настойчивые рекомендации направить его на лечение за границу. «У Вас кровохарканье, и Вы не едете! Это ей?же?ей и бессовестно, и нерационально. В Европе, в хорошем санатории будете и лечиться, и втрое больше дела делать. Уезжайте, вылечитесь, не упрямьтесь, прошу Вас». Ленин писал и более категорично: «Уезжайте, или мы вас вышлем!»

Однако предложения о выезде не встречали ответного энтузиазма. Тогда Андреевой было поручено уговорить писателя любой ценой. Любой! В помощь ей была «придана» новая любовница Горького, Мура Закревская?Бенкендорф, агент Якова Петерса. Как бы ни относиться к творчеству Горького, нельзя не признать, что эта «глыба», этот «матерый человечище» требовал особенных забот от партии. С ним обращались… как с тухлым яйцом: осторожно и с отвращением. Все?таки мировая знаменитость!

Обе Марии (Андреева и Бенкендорф) в компании с Пе?пе?крю (это было домашнее прозвище Петра Петровича Крючкова – секретаря Горького и нового любовника Андреевой) выдавили?таки Горького за границу. Но и там Марья Федоровна, которая трудилась в советском торгпредстве в Берлине (Крючков был ее помощником), не оставляла его своим попечением. [72]

На этом мы закончим первую часть статьи, иначе она может принять размер книги. Разумеется, продолжение последует, ибо при том, что мы успели сказать довольно много «о ювелире и его вдове», еще больше осталось недосказанным. И если не досказать до конца то, что мы начали, то все, что мы здесь написали, потеряет, по крайней мере, половину своего смысла. Так что впереди нас еще много интересного и, как мы надеемся, нового, По крайней мере, мы можем обещать новый подход и новый уровень осознания, даже уже известных фактов и прочей информации. Так что всем нам остается еще много, над чем стоит подумать.



[1] Кашрут. http://ru.wikipedia.org/wiki/%

[2] Барков А. Роман Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита»: альтернативное прочтение. http://menippea.narod.ru/

[3] Булгаков М. «Мастер и Маргарита», М. 1984.

[4] Сокольников Григорий Яковлевич. http://ru.wikipedia.org/wiki/%

[5] Гирш Яковлевич Бриллиант – Григорий Яковлевич Сокольников. http://www.pseudology.org/people/Sokolnikov.htm

[6] Сокольников Григорий Яковлевич. http://ru.wikipedia.org/wiki/%

[7] Червонец. http://ru.wikipedia.org/wiki/%

[8] Там же.

[9] Гирш Яковлевич Бриллиант – Григорий Яковлевич Сокольников. http://www.pseudology.org/people/Sokolnikov.htm

[10] Городская ласточка. http://ru.wikipedia.org/wiki/%

[11] Нисан. http://ru.wikipedia.org/wiki/%

[12] Песах. http://ru.wikipedia.org/wiki/%

[13] Махаон. http://ru.wikipedia.org/wiki/%

[14] Подвздошная кость. http://ru.wikipedia.org/

[15] Ягода Генрих Григорьевич. http://ru.wikipedia.org/

[16] Eжов Николай Иванович. http://ru.wikipedia.org/

[17] Пуччини. Ласточка. http://ru.wikipedia.org/

[18] Арсенева Е. «Мальвина с красным бантом». ­– Интернет-ресурс.

[19] Николаевский Б. И. Тайные страницы истории. Редактор и составитель Ю. Фельштинский. – Интеренет-ресурс.

[20] Мария Магдалина. http://ru.wikipedia.org/

[21] Барков А. «Мастер и Маргарита: альтернативное прочтение». http://www.hrono.info/text/2008/bar03_08.html

[22] Мари Дюплесси. http://ru.wikipedia.org/

[23] Андреева Мария Федоровна. http://ru.wikipedia.org/

[24] Морозов Савва Тимофеевич. http://ru.wikipedia.org/

[25] Цит. из очерка М. Горького «Леонид Красин». Арсенева Е. «Мальвина с красным бантом». ­– Интернет-ресурс.

[26] Арсенева Е. «Мальвина с красным бантом». ­– Интернет-ресурс.

[27] Там же

[28] Там же

[29] Красин Леонид Борисович. http://ru.wikipedia.org/

[30] Фельштинский Ю. Г. Вожди в законе. Изд-во «Terra». – Интернет-ресурс.

[31] Горький М. Леонид Красин (очерк). http://maximgorkiy.narod.ru/l_krasin.htm

[32] Бауман Николай Эрнестович. http://ru.wikipedia.org/

[33] Грач. http://ru.wikipedia.org/

[34] Булгаков М. «Мастер и Маргарита», М. 1984.

[35] Арсенева Е. «Мальвина с красным бантом». ­– Интернет-ресурс.

[36] Там же.

[37] Цит. по книге: Арсенева Е. «Мальвина с красным бантом». ­– Интернет-ресурс.

[38] Арсенева Е. «Мальвина с красным бантом». ­– Интернет-ресурс.

[39] Арсенева Е. «Мальвина с красным бантом». ­– Интернет-ресурс.

[40] Там же

[41] Там же

[42] Там же

[43] Там же

[44] Там же

[45] Там же

[46] Там же

[47] Там же

[48] Там же

[49] Там же

[50] Там же

[51] Николаевский Б. И. Тайные страницы истории. Редактор и составитель Ю. Фельштинский. – Интернет-ресурс.

[52] Гирш Яковлевич Бриллиант – Григорий Яковлевич Сокольников. http://www.pseudology.org/people/Sokolnikov.htm

[53] Там же.

[54] Арсенева Е. «Мальвина с красным бантом». ­– Интернет-ресурс.

[55] Там же

[56] Там же

[57] Иль и Вилен. http://ru.wikipedia.org/

[58] Сокольников Григорий Яковлевич. http://ru.wikipedia.org/

[59] Гирш Яковлевич Бриллиант – Григорий Яковлевич Сокольников. http://www.pseudology.org/people/Sokolnikov.htm

[60] Брестский мир. http://ru.wikipedia.org/

[61] Карахан Лев Михайлович. http://ru.wikipedia.org/

[62] Гирш Яковлевич Бриллиант – Григорий Яковлевич Сокольников. http://www.pseudology.org/people/Sokolnikov.htm

[63] Соколы. http://ru.wikipedia.org/

[64] Серп и молот. http://ru.wikipedia.org/

[65] Парвус Александр Львович. http://ru.wikipedia.org/

[66] Серп и молот. http://ru.wikipedia.org/

[67] Серп и молот. http://ru.wikipedia.org/

[68] Чистотел большой. http://ru.wikipedia.org/

[69] Арсенева Е. «Банга-Любанга». ­– Интернет-ресурс.

[70] Гирш Яковлевич Бриллиант – Григорий Яковлевич Сокольников. http://www.pseudology.org/people/Sokolnikov.htm

[71] Фельштинский Ю. Г. Вожди в законе. Гл. Ленин и Свердлов. Изд-во «Terra». – Интернет-ресурс.

[72] Арсенева Е. «Мальвина с красным бантом». ­– Интернет-ресурс.

[73] Мария Федоровна Андреева: переписка, воспоминания, документы., из письма Н. Е. Буренину 20-21 августа 1938 г., с 422, М., Искусство, 1968.