Книги в моем переводе

Метод количественного дискурса произведений художественной литературы

 

МЕТОД КОЛИЧЕСТВЕННОГО ДИСКУРСА

ПРОИЗВЕДЕНИЙ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

 

Психологический анализ образов литературных персонажей должен включать в себя несколько составляющих. Среди них можно отметить фактологический анализ, выяснение творческого метода автора, определение основного принципа построения образов и другие, не менее важные компоненты. В данной статье мы хотим рассмотреть новый метод количественного психологического дискурса, который также вполне заслуживает того, чтобы стать одной из важных составляющих психологического анализа литературного произведения.

Применение метода количественного дискурса художественных образов внешне очень похоже на применение хорошо известного, валидного метода контент-анализа, но по своей сути он совершенно от него отличается. В основе метода количественного дискурса лежат психологические концепции и категории, характерные для данного автора, данного литературного произведения и данного художественного образа или нескольких образов. Если ключевые психологические концепции и категории оказываются общими для нескольких произведений одного автора или произведений разных авторов, то выполнении определенных условий метод количественного дискурса можно применять для сравнительного анализа разных художественных образов. Без адекватного психологического обоснования, построенного на широко известных психологических концепциях, применение данного метода приведет либо к недостоверным результатам, либо к результатам, требующим дополнительного анализа.

В данной статье мы рассмотрим несколько самых простых примеров применения метода количественного дискурса, а полученные выводы при выполнении определенных условий помогут примять данный метод в практических исследованиях.

Пример 1. Количественный дискурс повести И. С. Тургенева «Дневник лишнего человека».

Краткое содержание этой повести таково: молодой человек влюбляется в барышню, которая не отвечает ему взаимностью, и при появлении «достойного» кандидата на ее сердце, она сразу влюбляется в него. Несмотря на отсутствие взаимности с его стороны, после его отъезда она еще меньше обращает внимание на влюбленного в нее юношу, от имени которого ведется повествование, и готова выйти замуж за другого «достойного» человека, лишь бы не за своего обожателя. Повесть заканчивается смертью этого молодого человека, который из-за своей несчастной неразделенной любви считает себя «лишним» в этом мире:

 

«Уничтожаясь, я перестаю быть лишним...»[1]

 

Не ставя перед собой цель исследовать образ «лишнего человека» в творчестве И. С. Тургенева, мы все же заметим: в дальнейшем, начиная с главного героя повести «Яков Пасынков», в нескольких своих известных романах: «Рудин», «Накануне» и «Отцы и дети» Тургенев создает ряд чрезвычайно интересных образов «лишних людей» - Рудина, Инсарова и Базарова. Как известно, эти персонажи тоже, «уничтожаясь, перестают быть лишними», а потому каждый из этих образов засуживает подробного психологического анализа, который выходит за рамки этой статьи. Однако предлагаемый нами метод количественного дискурса можно вполне применять и к этим произведениям Тургенева при условии ясного понимания его основы.

Итак, учитывая, что мы исследуем «дневник», который всегда ведется от первого лица, основу анализа этого произведения составит несколько скорректированная модель «Я» - «Другой», лежащая в основе психоаналитической теории объектных отношений.[2] В качестве «Я»-объекта выступает автор дневника - «лишний человек», в качестве значимых для него «Других»-объектов - Лиза, объект его любви, князь N - его удачливый соперник и Бизьменков, «друг», заменивший Лизе ее возлюбленного князя.

Количественный дискурс состоит из подсчета существительных и местоимений, относящихся к «Я»-объекту и «Другим»-объектам. В данном случае система ключевых психологических категорий принимает следующий вид:

 

«Я»

«Она» - Лиза

«Они» - князь N, Бизьменков

я               320    

Лиза                      95

Княз(ь)                                    74

мне            95

она                        80

Бизьменков                             40

меня          93

ее                          67

он                                             74

мной            2

ей                          18

его                                            42

мой            18

нее                          5

ему                                           29

моя            17

ней                        21

им                                              8

мое            14

 

нем                                            5

мои              8

 

нему                                          2

 

 

него                                           9

 

 

ним                                            7

Итого:      567

Итого:                     286

Итого:                                    290

 

В нашем случае имеется два разных типа «объектов» - «объект любви» и объединенные вместе «объекты соперничества», ибо главный герой ревнует Лизу к ним обоим, хотя и по-разному. Наш метод является качественно-количественным, но в данном случае не учитывает таких, безусловно, важных качественных различий. Но дифференциация объектов ревности не является целью нашего исследования. Зато данный метод позволяет увидеть следующее: эмоциональное отношение к своему «Я» «лишнего человека» вдвое выше по интенсивности, чем отношение и к объекту его любви, и к объектам его ревности. По существу, интенсивность отношения «лишнего человека» к своему «Я»-объекту равна сумме интенсивностей отношений ко всем «Другим», значимым для него объектам: 567: 576 = 286 + 290. При проведении математически точных расчетов с большой долей вероятности можно считать, что у «лишнего человека» в повести Тургенева интенсивность отношения к своему «Я» равна интенсивности отношений к всем, значимым для него объектам окружающего мира. Это сопоставление станет еще нагляднее, если использовать не абсолютные, а относительные величины, т.е. отношение суммы категорий, соответствующих данному объектному отношению, к общему числу печатных знаков произведения (88000). Проделав эту нехитрую арифметическую операцию, мы получим:

 

«Я»

«Она»

«Они»

567

286

290

0.64%

0.325%

0.329%

 

Следует заметить, что в данном случае простую психоаналитическую модель объектных отношений можно применять для количественного дискурса художественного произведения, если повествование ведется от первого лица. В таком случае применение модели объектных отношений «Я» - «Другой» становится не только очевидным, но и очень простым, так как выделение соответствующих объектных категорий не вызывает никаких затруднений. Если же повествование ведется не от первого лица или же написано не в прозе, а в стихотворной форме, применение этой модели без учета специфической литературной формы произведения может привести к недостоверным результатам.

Как мы уже отмечали, в нашу задачу не входит психологический анализ художественных образов; в данной статье мы предлагаем новый психологический метод исследования литературных произведений и определения некоторых условий его применения. На примере количественного дискурса повести Тургенева «Дневник лишнего человека» мы показали одну из таких возможностей. Другие, не менее важные возможности, мы продемонстрируем на примере количественного дискурса двух произведений Н. В. Гоголя: «Записки сумасшедшего» и «Ревизор». 

Пример 2. Количественный дискурс комедии Н. В. Гоголя «Ревизор». Мы начали с комедии «Ревизор», во-первых, чтобы продемонстрировать применение метода количественного дискурса к драматическим произведениям. Во-вторых, чтобы объяснить изменение концептуальной психологической модели, лежащей в его основе. И, наконец, в-третьих, чтобы продемонстрировать применение разных концептуальных психологических моделей в рамках одного художественного произведения (см. Пример 3).

Прежде всего отметим, что с психологической точки зрения драматическое произведение представляет собой определенную совокупность «Я»-высказываний большинства действующих лиц. Но в отличие от рассмотренного выше «Дневника», в котором повествование ведется одним человеком, а концептуальной психологической моделью являются теория объектных отношений, вполне понятно, что в данном случае эта модель не работает. Зато прекрасно работает другая модель, а именно: отношение фигура-фон, которое является одним из ключевых понятий в гештальт-терапии.[3] Любого из персонажей драматического произведения можно назвать фигурой, тогда как остальные персонажи составят фон. Логично посмотреть, как работает предлагаемый нами метод, выбрав в качестве фигуры Хлестакова, а в качестве фона всех остальных действующих лиц «Ревизора». При этом нам сразу следует оговориться: во-первых мы будем рассматривать характерные для драматического произведения «Я»-высказывания, но оставим прежним набор ключевых параметров-слов; во-вторых, мы будем сопоставлять только приведенные значения, т.е. отношение общего числа ключевых слов-параметров данного персонажа (или группы персонажей) к общему числу печатных знаков, соответствующих полной совокупности его (или их) высказываний. Современные компьютеры позволяют проделать такую работу с текстом произведения достаточно быстро и легко.

Итак, рассмотрим три разных совокупности «Я»-высказываний:

 

Хлестаков (фигура)

Все остальные (фон)

Все вместе

(включая Хлестакова)

24600 п.з.

97300 п.з.

113700 п.з.

я                          130    

я                                193    

я                                323    

мне                       48

мне                              38

мне                              86

меня                     18

меня                            24

меня                            42

мной                       4

мной                              1

мной                              5

мой                         1

мой                                0

мой                                1

моя                         4

моя                                2

моя                                6

мое                         2

мое                              13

мое                              15

мои                         2

мои                                6

мои                                8

 

 

 

 

 

 

Итого:   207 (0.84%)

Итого:          277 (0.28%)

Итого:           290 (0.35%)

 

В нашу задачу не входит интерпретация этих результатов, хотя они свидетельствуют об огромной (троекратной) разнице между употреблением личных местоимений Хлестаковым (фигура) и остальными персонажами комедии (фон). Такая разница может, в частности, свидетельствовать о гипертрофированном эгоцентризме Хлестакова. Третья группа данных выбрана для того, чтобы показать, как в контексте драмы фигура сливается с фоном. Кроме того, следует добавить, что, во-первых, в качестве фигуры может быть выбран любой персонаж драмы, а это скорее всего приведет к сокращению разницы, то есть, к слиянию фигуры с фоном (с точки зрения эгоцентризма данного персонажа); во-вторых, в качестве ключевой психологической категории можно выбрать не эгоцентризм, а какую-то иную категорию, соответствующую этому жанру литературного произведения. В некоторых случаях это становится возможным, если изменить не только ключевое слово-категорию, но и психологическую концепцию. Как это делается, мы покажем на следующем примере:

Пример 3. Количественный дискурс комедии Н. В. Гоголя «Ревизор» в контексте иной психологической концепции. Поскольку в данной статье мы только демонстрируем возможности предлагаемого нами метода, в качестве основной психологической концепции возьмем концепцию Я-Ты Мартина Бубера[4], которая может показать склонность (в данном случае) Хлестакова к межличностному общению и соотношение этой склонности с его эгоцентризмом. Поэтому в качестве ключевого психологического параметра возьмем «Ты» («Вы»), т.е. партнера (или партнеров) в межличностном общении. Применяя метод количественного дискурса, мы получим следующие результаты:

 

«Я»

«Ты» («Вы»)

Я                                                 130    

Ты                                                   12

мне                                               48

Тебе                                                  3

меня                                             18

Тобой                                                0

мной                                               4

Тво(й,и,я,его,ей,их)                         2

мой                                                 1

Вы                                                   30

моя                                                 4

Ва(с,м,ми.ш,ши,шим,шими)          44

мое                                                 2

 

мои                                                 2

 

 

 

 

 

Итого:                             207 (0.84%)

Итого:                               91 (0.37%)

 

Полученные результаты позволяют убедиться, что эгоцентричная установка Хлестакова более чем вдвое, превышает его установку на межличностное общение. То есть, Хлестакова можно назвать скорее скрытным, чем общительным. Ни в коей мере не претендуя в данной статье на глубокое психологическое исследование, все же приведем авторскую характеристику образа Хлестакова:

 

«Хлестаков,  молодой человек лет  двадцати  трех,  тоненький, худенький; несколько приглуповат и, как говорят, без царя в голове, - один из тех людей, которых в  канцеляриях называют пустейшими. Говорит и действует без всякого соображения. Он не в состоянии остановить постоянного внимания на какой-нибудь мысли. Речь его отрывиста, и слова вылетают из уст его совершенно неожиданно. Чем более исполняющий эту роль покажет чистосердечия и простоты, тем более он выиграет. Одет по моде».[5]

 

Оставив без комментариев гоголевскую характеристику этого персонажа, посмотрим, что говорили о самом Гоголе его современники:

 

«Если с самого детства, с школьнической жизни, в Нежине, мы видим, что достижение раз задуманной цели или предприятия приводило в необычайное напряжение все способности Гоголя и вызывало наружу все качества, составлявшие впоследствии его характер, то будем ли мы удивляться, что вместе с ними появилась скрытность, ловко рассчитанная хитрость и замечательное по его возрасту употребление чужой воли в свою пользу».[6]

 

«По словам одного из товарищей Гоголя, В. М. П-ки, жившего с ним несколько времени в Петербурге, не было человека, скрытнее Гоголя: по словам его, он умел соображать средство с целью, удачно выбирать средство и самым скрытным образом достигать цели».[7]

В. П. Ганевский, Заметки для биографии Гоголя.

Современник, 1852, Х, Смесь, стр. 143.

 

«Наконец захотелось тебе послушать правды. Изволь, попотчую... Что такое ты? Как человек существо скрытное, эгоистическое, надменное, недоверчивое и всем жертвующее для славы...»[8]

П. А. Плетнев - Гоголю, 27 окт. 1844 г., из Петербурга.

Рус. Вести., 1890, № 11, с. 34.

 

Пример 4. Применение метода количественного дискурса к двум разным произведениям одного автора. Повесть Гоголя «Записки сумасшедшего»[9] по жанру очень похоже на тургеневский «Дневник лишнего человека». В данном случае наша цель заключается в том, чтобы показать, как применяется данный метод к двум разным произведениям (написанных в разном жанре) одного писателя - Николая Васильевича Гоголя. С помощью нашего метода мы сравним «Я»-высказывания главных героев этих произведений, а затем вкратце проанализируем основные результаты. По существу мы соединили все реплики Хлестакова в один длинный монолог.

 

Автор «Записок»

Хлестаков

37000  п.з.

24600 п.з.

я                                                   200    

я                                                    130    

мне                                                38

мне                                                 48

меня                                              48

меня                                               18

мной                                                0

мной                                                 4

мой                                                  3

мой                                                   1

моя                                                  5

моя                                                   4

мое                                                  8

мое                                                   2

мои                                                  1

мои                                                   2

 

 

 

 

Итого:                             303 (0.81%)

Итого:                             207 (0.84%)

 

По существу мы получили одинаковые результаты. Иначе говоря, Хлестаков высказывается так, словно, во-первых, он находится в таком же полном вакууме, как и персонаж «Записок сумасшедшего», а во-вторых, он это делает так же эгоцентрично, как нездоровый человек (вспомним об авторской характеристике его импульсивного поведения). Дальнейший психологический анализ этого образа не входит в нашу задачу демонстрации возможностей применения метода количественного дискурса. Но, по нашему мнению, применение этого метода позволяет ставить и разрешать вопросы, связанные с выяснением особенностей творческого метода писателя и влияния характерных черт его личности на его творчество и создаваемые им художественные образы:

 

«...В числе гостей был у него и пожилой человек, рассказывавший о привычках сумасшедших, строгой, почти логической последовательности, замечаемой в развитии нелепых их идей. Гоголь подсел к нему, внимательно слушал его повествование и, когда один из приятелей стал звать всех по домам, Гоголь возразил, намекая на своего посетителя: «Ты ступай... Они уже знают свой час, и, когда надобно, уйдут». Большая часть материалов, собранная из рассказов пожилого человека, употреблены были Гоголем потом в "Записках сумасшедшего"...».[10]

П. В. Анненков, 14-15, 18-19, 21-27.

 

Пример 5. Применение метода количественного дискурса к художественным произведениям разных писателей. Сравним «Я»- высказывания главных героев повести И. С. Тургенева «Дневник лишнего человека»  и повести Н. В. Гоголя «Записки сумасшедшего»:

 

 

«Дневник лишнего человека»

И. С. Тургенев

«Записки сумасшедшего»

Н. В. Гоголь

88000 п.з.

37000  п.з.

0.64%

0.81%

 

В отличие от предыдущего примера эта разница весьма существенна. Вполне возможно, что в какой-то мере она объясняется различием содержания художественных произведений. Но главной причиной по нашему мнению, все же являются особенности структуры личности и творческого метода писателя.

В заключение отметим, что предлагаемый нами метод вполне оправдывает свое название: с одной стороны, он обладает такими преимуществами количественных измерений, как валидность и статистическая достоверность (которые, например, присущи контент-анализу). С другой стороны, он основывается на определенной качественной психологической концепции, а значит, обладает всеми присущими ей достоинствами. Кроме того, следует обязательно отметить, что предлагаемый нами метод по своей сути является психологическим, который может применяться не только в психологии, но и в филологии. Поэтому мы вправе считать его одним из удачных эклектических подходов, позволяющих перейти от идео-логики к психо-логике исследований в разных областях гуманитарной науки и в области художественного творчества. 

 

Литература:

 

И. С. Тургенев, ПСС в 12 т., «Дневник лишнего человека», т. 4, М., «Наука», 1980.

Н. В. Гоголь, «Ревизор», СС в 7 т., т. 4, М., «Художественная литература», 1977.

Н. В. Гоголь, «Записки сумасшедшего», СС в 7 т., т. 3,  М., «Художественная литература», 1977.

В. Вересаев, СС в 4-х т., т. 3, М., «Правда», 1990.

В. Вересаев, СС в 4-х т., т. 4, с. 238, М., «Правда», 1990.

М. Бубер, «Я и Ты», в сб. Мартин Бубер «Два образа веры», М., «Республика», 1995.

O. Kernberg, "Object-Relation Theory and Clinical Psychoanalysis", Jason Aronson Inc. New Jersey, London, 1995.

F. Perls, R. Heffelrine, P. Goudman, "Gestalt Therapy, Excitement and Grouth in the Human Personality", SOUVENIR PRESS, London, 1951.

 

 

 

 

 

 



[1] И. С. Тургенев, ПСС в 12 т., т. 4, «Дневник лишнего человека», с. 215., М., «Наука», 1980.

[2] O. Kernberg, "Object-Relation Theory and Clinical Psychoanalysis", Jason Aronson Inc. New Jersey, London, 1995. 

[3] F. Perls, R. Heffelrine, P. Goudman, "Gestalt Therapy, Excitement and Grouth in the Human Personality", SOUVENIR PRESS, London, 1951.

[4] М. Бубер, «Я и Ты», в сб. Мартин Бубер «Два образа веры», М., «Республика», 1995.

[5] Н. В. Гоголь, СС в 7 т., т. 4, «Ревизор», с. 8, М., «Художественная литература», 1977.

[6] П.В. Анненков, «Литературные воспоминания». Серия литературных мемуаров, с. 54. М., «Художественная литература», 1963.

[7] В. Вересаев, СС в 4-х т., т. 3, с. 234, М., «Правда», 1990.

[8] В. Вересаев, СС в 4-х т., т. 4, с. 238, М., «Правда», 1990.

[9] Н. В. Гоголь, СС в 7 т., т. 3, «Записки сумасшедшего», М., «Художественная литература», 1977.

[10] В. Вересаев, СС в 4-х т., т. 3, сс. 470-471, М., «Правда», 1990.