Книги в моем переводе

Мертвая душа: образ Кванта в романе "Мастер и Маргарита"

В. Мершавка

 

Как  всегда, исследуя многочисленные микроскопические образы, присутствующие в романе «Мастер и Маргарита» и обозначенные буквально несколькими штрихами, начну с выявления таких штрихов в разных версиях романа. В этой маленькой статье речь пойдет о Кванте и его прототипе. Все мало-мальски значимые фрагменты текстов (разных версий) приведены ниже.

 

В углу сидящий режиссер Квант поил даму «Абрау-Дюрсо».[1]

 

С ним согласился драматург Квант, накурившийся до сердечной тоски и синяков под глазами.[2]

 

Заплясал Глухарев с девицей – архитектором Тамарой Полумесяц, заплясал Квант с женою Глухарева, Глухарев с сестрою Кванта, знаменитый романист Жукопов с киноактрисой.[3]

 

Подпрыгнув, она жадно начала читать фамилии: Хустов, Двубратский, Квант, Бескудников, Латунский...[4]

 

«домработница Квантов»…

 

Из них, кроме говорящей фамилии Квант, становится известно, что этот персонаж был драматург, был женат, имел сестру и курил. Что касается «драматурга», то, как нам известно, Михаил Афанасьевич намеренно изменял литературную стезю прототипа. И, как правило, делал это, больше ориентируясь на его личность, чем на литературные пристрастия. Но в данном случае он даже решил не изменять и стезю.

Самая интересная интрига, присущая этому образу, связана с его фамилией. Квант (от латинского слова quantum — «сколько») – неделимая порция какой-либо величины в физике. Совсем недавно физики открыли квантовую природу света, а Эйнштейн декларировал, что скорость квантов света в вакууме является предельной. Поэтому у меня есть веские основания предположить, что под образом Кванта в романе Булгакова скрывается известный советский поэт Михаил Аркадьевич Светлов.

Но на этом интрига не заканчивается, а, наоборот, только начинается. Для продолжения исследования нам вполне достаточно краткой выдержки из биографии Михаила Светлова:

 

Михаил Аркадьевич Светлов (Шейнкман, 1903 – 1964) – советский поэт и драматург.[5]

 


Рис. 1. М. А. Светлов (Шейнкман)

 

Итак, настоящая фамилия Светлова была Шейнкман – очень интересная и тоже много что говорящая фамилия, только не на русском языке, а на немецком и на идише. Почему же Михаэль Шейнкман стал Михаилом Светловым? – Оказывается, в этом очень просто разобраться.

Дело в том, что немецкое слово Schein при переводе на русский язык имеет несколько значений, каждое из которых по-своему важно: 1) сияние, блеск; 2) видимость, внешность; 3) банкнота.

Несомненно, «лингвист» Шейнкман, выбрав фамилию Светлов, твердо решил внушить всем на свете, особенно читателям, что его фамилия именно так и переводится с немецкого на русский.

А теперь еще раз поразимся гениальности Булгакова, который прекрасно знал и немецкий язык, и латынь, при этом обладая редким остроумием в сочетании с литературным даром. Он называет Светлова «Квантом» – то есть (в переводе с латинского) «сколько», а в переводе с немецкого – «банкнота».

Но на этом интрига не заканчивается у нее есть интересное продолжение. Дело в том, что в немецком языке есть слово, которое по своему написанию и звучанию гораздо больше, чем Schein, соответствует фамилии Шейнкман. Это слово Schank,  Schänke (нем.) – торговля спиртными напитками.

На самом деле именно от этого слова произошла фамилия Шейнкман, которая по сути означает винокур, кабатчик. Помимо явного семантического сходства на это указывают еще два фактора: типология образования еврейских фамилий[6] и основная деятельность евреев в до конца XIX века. На составе общего «списка» таких фамилий сказались особенности положения евреев в экономической системе тех народов, среди которых евреи жили. Поэтому среди еврейских фамилий сравнительно много фамилий, связанных с торговлей и очень мало фамилий, связанных с сельским хозяйством (евреи были по преимуществу городскими жителями).[7]

Есть похожее слово и в украинском языке: шинкар (укр.) – кабатчик (содержатель кабака). В дореволюционной России шинок – небольшое питейное заведение (синонимы: кабак, корчма). Шинкарями называли и содержателей шинка (кабака),  и лиц, занимающихся незаконным хранением и торговлей спиртными напитками.[8]

Так что «света» в точном переводе с немецкого языка подлинной фамилии Шейнкман (Schankman), действительно наберется не больше, чем на «квант» – «нисколько». Точный перевод этой фамилии с немецкого и с идиша – «корчмарь» или «кабатчик» и по своему смыслу гораздо ближе к «Винокуру», чем к «Светлову». В этом нет ничего удивительного, так как винокурение и продажа алкоголя было и остается одним из основных занятий евреев с незапамятных времен.[9] Только предки одного занимались винокурением в России и Украине, а другого – в Германии.

На этом можно было бы поставить точку, но остался еще один вопрос, связанный с тем, что в романе Квант имел семью и даже домработницу. Но в официальной биографии Михаила Светлова-Шейнкмана мы читаем, что его жена – Родам Ираклиевна Амирэджиби, сестра грузинского писателя Чабуа Ираклиевича Амирэджиби, была значительно моложе его и в 30-е годы прошлого века никак не могла быть его женой.

Положение спасают воспоминания жены друга М. Светлова – Д. С. Вигутова – Юлии Александровны Язвиной:

 

Потом, уже переехав на постоянное место жительства в Москву к мужу, я часто стала бывать у М. Светлова дома, в проезде Художественного театра. Помню, что в 1936 году у него была жена Леночка, очень милая и приятная женщина. Прежде, до замужества, она была машинисткой у Миши. Выйдя за него замуж, она пошла учиться, кончила правовой факультет и, если не ошибаюсь, работала судьей. Однажды, когда я сидела с Леночкой у них дома, раздался телефонный звонок. Женский голос спросил Мишу. Леночка сказала, что его нет дома, и на вопрос «Где же он и когда он будет?» очень мило ответила: «Милая, он меня обманывает так же, как и вас»...[10]

 

Очень милое воспоминание, – всего несколько строчек, которые проливают «яркий свет» на личную жизнь Михаила Светлова-Шейнкмана в эти самые 30-е годы ХХ века. Я ни в коем случае не морализирую, так как любое исследование должно быть лишено морализаторства, кто бы им не занимался, тем более психолог. Булгаков мог вполне оправданно называть жену Светлова Леночку (о судьбе которой, к сожалению, я не смог узнать больше, но сам факт всеобщего умолчания о ней заслуживает серьезного внимания!) – его сестрой, то есть сестрой Кванта. О ней написано только в одной версии романа: после этого Михаил Александрович пишет о «домработнице Квантов», видимо, все же подразумевая самого «Кванта» и его «сестру-жену» Леночку.

 

 

Рис. 2. М. А. Светлов с женой (Родам Амирэджиби) и сыном.

 

На этом я заканчиваю свое небольшое исследование, в результатах которого я полностью уверен. Вряд ли в наше время и тем более потом, кому-то придет в голову заниматься такими вещами, которыми занимаюсь я. Но если все же такое случится, и кто-то найдет другого прототипа образа Кванта, мне хотелось бы ознакомиться с его доводами и обоснованиями.

 

 



[1] М. А. Булгаков «Мастер и Маргарита», с. 321. «Князь Тьмы». Полное собрание редакций и вариантов романа под ред. В. Лосева, М., Вагриус, 2006.

[2] М. А. Булгаков «Мастер и Маргарита», с. 401. Полная рукописная редакция романа.

[3] Там же, с. 403.

[4] Там же, с. 539

[5] http://ru.wikipedia.org/wiki/Светлов,_Михаил_Аркадьевич

[6] http://ru.wikipedia.org/wiki/Еврейские_фамилии_(профессии)

[7] http://ru.wikipedia.org/wiki/Еврейские_фамилии

[8] Толковый русский словарь под ред. Д. Н. Ушакова.

[9] А. С. Солженицын. Двести лет вместе, Ч. 1., М., Вагриус, 2008. 

[10] Язвина Ю. А. То, что сохранила память. М., 2004.

http://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/?t=page&num=10787