Отто Кернберг. Основная функция терапевта. Опасное отыгрывание контрпереноса (глава из книги "Тяжелые личностные расстройства")

редакция и публикация В. Мершавки

 

Стремление терапевта полностью интегрировать весь терапевтический процесс на аффективном и когнитивном уровне, опираясь на свои субъективные переживания, расширяет его осознание всевозможного объективного материала, воспринимаемого в этом процессе. Это характерное следствие постоянно доминирующего фактора переноса, типичного для пациентов с пограничными расстройствами личности. Пристальное внимание к циклам основных паттернов поведения, которые терапевт неоднократно интерпретировал раньше, позволяют ему превратить в интерпретации свои субъективные переживания ситуации. В таком случае он рискует тем, что у него появится сильная зависимость от своих эмоциональных реакций, которые могут оказаться проявлениями контрпереноса.

Терапевт, уверенный в том, что полностью понимает сущность терапевтического взаимодействия, подвергается нарциссическому искушению. Многие пограничные пациенты, в особенности пациенты с серьезными нарциссическими расстройствами, считают, что психотерапевт страдает манией величия. Ее проявления они видят в том, что терапевт непроизвольно (эмоционально) вовлекается в ситуации, которые, по мнению пациента, не имеют к нему никакого эмоционального отношения. Во избежание искажений объективной ситуации терапевту следует еще раз проверить информацию, связанную с жизнью пациента вне терапии, обдумать проблемы, которые привели к нему пациента, а также цели психотерапии. Но прежде всего ему нужно исследовать терапевтическую ситуацию здесь-и-теперь, и только потом начинать строить гипотезы.

Наверное, самая сложная часть терапевтического взаимодействия заключается в субъективных переживаниях терапевта, в которых отражаются спроецированные пациентом переживания своей самости. Иначе говоря, терапевту труднее всего выдержать состояние, которое вызывает у него пациент через проективную идентификацию, который в это время отыгрывает восприятие образа объекта (психотерапевта). Как правило, терапевту легче объяснить (интерпретировать) восприятие пациентом объекта. Но поскольку обычно пациент считает себя жертвой фрустрирующего, доминирующего, недоступного или садистского объекта, идентификация с таким образом самости пациента может не позволить терапевту контейнировать эту реакцию у себя внутри и затем применить ее для интерпретации. И опять же, теоретическое понимание сущности взаимной активации чередующихся диссоциированных объектных отношений (примитивной самости и образов объекта) должно помочь терапевту в таких ситуациях справиться со своими переживаниями. Способность терапевта сдерживать свои эмоции, не превращая их в действия, создавать из них интерпретации, а не отыгрывать их в контрпереносе, становится основным фактором, помогающим пациенту превратить свои действия в субъективные переживания.

По-моему, мы недооцениваем как норму, так и степень серьезности психопатологии многих подростков, которые попадают в сферу нашего внимания. К психопатологии подростков следует подходить стратегически, с точки зрения их отдаленного будущего, а не пытаться решить проблемы молодого человека, оказывая ему обычную кратковременную поддержку.