Декабрь
Пн   2 9 16 23 30
Вт   3 10 17 24 31
Ср   4 11 18 25  
Чт   5 12 19 26  
Пт   6 13 20 27  
Сб   7 14 21 28  
Вс 1 8 15 22 29  






Тайная сделка

«Роснефть» умеет поддерживать интригу. Пятого декабря истек срок, когда согласно распоряжению правительства должна была быть закрыта сделка по продаже 19,5% акций компании, но о ней по-прежнему ничего не известно.

Единственное, о чем продавец – государство сочло нужным сообщить, так это что деньги за продажу наверняка будут перечислены в срок, т. е. до 15 декабря, и поступят в бюджет не позднее 31 декабря (711 млрд руб. от продажи уже заложены в бюджет, который в среду будет принят во втором чтении). Покупатель – предположительно сама «Роснефть», компания, опосредованно принадлежащая государству, – не счел нужным сообщить о ходе сделки вообще ничего. Главное, что президент и правительство в курсе происходящего, с ними все согласовано, сообщил пресс-секретарь президента Дмитрий Песков.

«Роснефть» опоздала на свою продажу

Но в правительстве никакой информации о ходе сделки нет. Минэкономразвития молчит, потому что разгласивший месяц назад засекреченный пункт директивы о продаже пакета «Роснефти» министр уже сидит под домашним арестом. Минфин молчит, потому что его роль – ждать денег. Росимущество молчит, потому что функции Росимущества в этой приватизационной сделке взяла на себя «Роснефть»: сама предложила схему, сама убедила в ее преимуществах президента, сама нашла покупателя, сама нашла деньги – фактически сама продает и покупает. Правительство тут почти ни при чем – и не исключено, что радо этому: нет необходимости брать на себя ответственность, принимать решение, тем более в случае с таким «спецсубъектом» нефтяной отрасли и экономики в целом, как «Роснефть». Приватизация «Роснефти» идет как будто бы на аутсорсе. Президент, впрочем, в курсе и как минимум не возражает публично.

Отсутствие каких-либо новостей о ходе сделки не гасит к ней интерес, а, напротив, усиливает. Сделки любят тишину, но может ли государство втайне от налогоплательщиков продавать часть государственного (т. е. их) имущества? Зачем тайна, когда речь идет о схеме, обнародованной самим президентом, известен покупатель, цена, назначение денег? Или все пошло не так и сейчас надо придумать, как сделать вид, что все идет по плану?

Чем банальнее вопросы, тем экзотичнее могут быть версии, хотя даже и с банальными ответами сделка по продаже «Роснефти» войдет в историю как один из самых нестандартных эпизодов приватизации. А что до дедлайна, так реальность может быть совсем прозаична: сорвали, потому что сорвали, президент в курсе.