Книги в моем переводе

Fallos: Sacred Image of the Masculine

Автор:
Юджин Моник

Объем: 252 стр.

Посмотреть все книги

Задник романтических фантазий

В. Мершавка

                                             Раньше были времена, а теперь мгновения.

                                             Поднимался раньше хрен, а теперь – давление.

 

 

В наше время, когда подавляющее большинство молодых (и не очень молодых) людей поглощены проблемой, как заработать денег на жизнь, статьи об отношениях мужчины и женщины отошли на задний план. Многообещающее начало 2000-х породило огромную волну полуобразованных гуманитариев, которые сейчас остались не у дел. Наступивший мировой экономический кризис вкупе с техническим прогрессом сформировали невеселое общество потребителей, обозначив для продолжения их карьеры однозначную перспективу. Эта «гуманитарная украина» постепенно рассасывается, и что может появиться на ее месте, непредсказуемо. Сейчас провести тренинг по «семейным расстановкам» сложнее, чем расселить коммунальную квартиру. Уходы от действительности в архетпические или алхимические интерпретации, которыми еще недавно щеголяли «юнгианцы», стали совершенно бессмысленными и оторванными от реальности, что полностью соответствует действительности. С другой стороны, недавно началась охота на порносайты – так ретивые «законодатели» пытаются бороться с Теневой разновидностью современной субкультуры. Так что экспортной западной «духовности», как и «бездуховности», приходится  несладко в российском реальном и виртуальном пространстве. Эта самая «духовность» изо всех сил пыталась прижиться в России при высоких ценах на нефть, но сейчас, в преддверии введения «налога на тунеядство», ей сложно выжить в нашей действительности, насыщенной сугубо материальными проблемами.

Теперь о любви. Глобальные перемены в социо-культурной жизни за пару десятков лет привели к тому, что молодое поколение здравомыслящих и психологически рефлексивных россиян уже не заморачиваются вопросами: что такое «любовь»? Существует ли она на самом деле? Или же мужчине уже пора посмотреть на «любовь» по-своему, а не глазами женщин, психологов и сценических персонажей. 

С незапямятных времен, в отличие от жителей запада, мы привыкли приписывать себе «высокую духовность» и «загадочную русскую душу», причем делали это с такой навязчивостью, что сами в это поверили. Как известно, все имеет обратную сторону. Советская идеология нас учила, что стремление к материальному обогащению достойно всяческого осуждения. Поэтому целые поколения лишались предпринимательской инициативы, и теперь молодые люди  умеют лучше устроиться в жизни, чем среднее поколение, не говоря о старшем. Зато старшие поколения на своем опыте познают, к какому жуткому одиночеству их привела та самая «возвышенная» любовь, про которую они в свое время читали в книгах, слушали песни и смотрели фильмы. В наше время понятие «любовь» в жизни мужчины вообще отошло на задворки психики, уступив свое место его борьбе за материальную независимость.

Еще совсем недавно я переводил книги и писал статьи, основной темой которых было отличие любви от влюбленности, транслируя все объяснения и доводы из юнгианских книг, написанных на излете юнгианства, которое и на западе уже себя исчерпало. Причем, в этих книгах и статьях речь шла именно о духовной любви, которая не продается за деньги, и очень далека от плотского вожделения. В большинстве текстов как-то весьма косвенно упоминалось и о деньгах, и о сексе. А пол (sex) называли гендером, то есть социально обусловленной доминантой, далекой от биологической сущности. Наверное, с точки зрения юнгианской психологии, десексуализация пола совершенно оправдана, поскольку Юнг был психиатром и сыном католического пастора. В то время как Фрейд сексуализировал несексуальное, Юнг десексуализировал сексуальное. Кроме того, юнгианская психология особенно хорошо вписывается в продолжение десексуализированной христианской и коммунистической идеологии.

В советской стране вырастало поколение за поколением, которые не имели никакого представления, ни о том, как зарабатывать деньги, ни об удовольствии, которое могут доставлять мужчине и женщине сексуальные отношения. «Хвосты» такой идеологии не только до сих пор торчат в нашей культуре; они усиленно внедряются в сознание молодежи последователями тех же идеологических школ, которые насильно тащили нас в светлое будущее. Теперь, после наступления светлого будущего, десексуализация новых поколений происходит откровенно, без поиска идеологического прикрытия. Поэтому Теневая сексуализированная субкультура снова уходит в андеграунд. Как и следовало ожидать, вялые попытки привлечь РПЦ к сохранению прежней модели семьи при столкновении с реальной жизнью кончаются крахом. Всяческие причитания о том, что раньше называлось «настоящей любовью», которая теперь уступила место «сексу», не имеют под собой никаких реальных оснований. Сексуальная раскрепощенность невозможна без материальной независимости. Большинство молодых людей далеки от дискуссий о «настоящей» любви, эдиповом комплексе или эротическом переносе. И не слушают истошные крики о том, что увлечение в молодом возрасте порнографией якобы побуждают к распутству. С точки зрения сохранения энергии, хорошо понятно, что энергетически мощная сексуальная составляющая в отношениях между мужчиной и женщиной обедняет энергией все остальные составляющие отношений. И, наоборот, сублимированная сексуальная энергия дает пищу для романтических и прочих фантазий о светлом будущем. Сексуальные отношения дают реальный выход маскулинной энергии, с которым не может примириться ни власть, ни церковь, ни многие женщины, поскольку мужчина начинает жить плотской (материальной) жизнью, а не мифами и не иллюзиями. И хуже поддается манипуляциям. Иначе и быть не может.

Вот что происходит с нами. Старшие поколения горюют о «пролитом молоке»: «раньше были времена, а теперь мгновения,.. поднимался раньше х.., а теперь – давление». Вместе с тем достаточно посмотреть на жизнь супружеских пар эпохи Горбачева-Ельцина, и нам откроется горькое одиночество, куда более горькое, чем в молодом и среднем возрасте. В первую очередь потому, что эти старшие поколения были совсем не готовы ни к тому, чтобы справляться с одиночеством, ни к тому, чтобы добиваться материальной независимости. Такое одиночество не может скрасить ни престарелый супруг (или супруга), ни их проблемные взрослые дети, ни «лайкающие» на смартфонах внуки.

Многие молодые и не очень молодые женщины давно избавились от романтических фантазий, которые только мешают выживать, отвлекая от достижения реальной материальной цели. Ибо, в отличие от мужчин, женщины очень и очень практичны. Молодые мужчины избавляются от романтических фантазий сложнее, в зависимости от воспитания. Кроме того, это избавление и длится значительно дольше, и проходит гораздо мучительнее, с тяжелыми рецидивами. Годам к 30-35 очень хорошо вылечивают от романтизма  семейные отношения, если мужчина все же решил взвалить на себя неподъемное бремя семьи. Кроме того, на материальной независимости ему можно надолго поставить крест. Несемейным мужчинам, которые легче и прагматичнее смотрят на отношения с женщинами,  легче добиться материальной независимости, а затем – строить отношения с женщинами на своих условиях, вопреки внушениям той морали, которая остается «традиционной» еще со времен фантазий о светлом будущем. Лучше всего пропускать мимо ушей упреки разнообразных «староверов» в том, что мол, мужчины превращают светлое чувство романтической «любви» в примитивную (сексуальную) похоть. Кроме христианской церкви и советской власти, сексуального инстинкта никто не отменял. А проблему деторождения цивилизованные люди обычно решают только в благоприятных социальных условиях. Если в обществе на первое место выходят серьезные материальные проблемы, их решение не заменят никакие романтические фантазии. В наше время именно материальные проблемы и, как следствие, полная и окончательная инфляция романтизма определяют разные грани отношений между мужчиной и женщиной, в том числе и секс.

По сути, происходит то, чего и следовало ожидать. И в экономике, и в психологии отношений «совок» не выдержал открытости внешнему, в том числе и западному миру, даже при частичной его поддержке. Советский романтизм и христианская соборность не выдержали испытания материализмом и разобщенностью. На плечи мужчины легло ни много, ни мало – бремя выживания. Научившись отстаивать свою независимость в процессе выживания, российский мужчина может подумать и о том, как заводить и обеспечивать семью. Любые попытки запрячь мужчину в семейные отношения, которые его обременяют и опустошают, неминуемо приводят и будут приводить к разводам. Романтические фантазии и женские манипуляции лишь замедляют процесс деградации прежних отношений между мужчиной и женщиной и, как следствие, формирование новых отношений между ними. В России любой откат к якобы «возвышенным», «высокодуховным», десексуализированным отношениям между полами приведет к замедлению формирования материально независимого мужчины. Вмешательство романтических и психоаналитических фантазий в прагматические отношения между мужчиной и женщиной закончилось плачевно для самих фантазий. Сейчас они агонизируют, но эта агония может продолжаться долго при пассивном участии обеих сторон. Активное участие подразумевает стремление к материальной независимости мужчины и к осознанию женщиной своего места в отношениях с ним. Пока этого не произойдет, количество разводов и матерей-одиночек будет только множиться, так как в одиночку обеим сторонам легче выживать. Жизнь моего и следующего поколений показывает, что в одиночку легче стареть и умирать, поэтому на «системной семейной терапии» и «всевозможных семейных расстановках» давно пора поставить крест. Что же остается? – По-прежнему остаются отношения между мужчиной и женщиной, которые незаметно для замыленного психотехниками глаза уже давно вышли на качественно новый уровень.